– Лорд Бахл прислал три тысячи рабов, чтобы ускорить работу. Он сказал, что это подарок новому императору.

Хомми вышла из повозки, чтобы добавить рагу, кипевшее в котелке на костре. Затем она поставила на огонь небольшой котелок с водой.

– Карма... э... Йим, чай с мятой подойдет?

– Это было бы замечательно, – сказала Йим, улыбаясь Хомми. – У нас был трудный день. Ваша доброта – наша единственная радость.

– Вы далеко путешествовали? – спросил Хомми.

– Мы путешествовали по Лувейну, – ответила Йим.

– Лувейн! – сказал Хомми. – Неужели там водятся привидения, как говорят?

Йим вспомнила о призрачной битве на перевале Карваккен.

– Да, – тихо ответила она. – Но я бы предпочла не говорить об этом.

Затем, уже более серьезным голосом, она сказала:

– Значит, это ваше свадебное путешествие.

Хомми засияла.

– Да, – сказала она. – Мы с Хамином женаты всего восемь лун.

Она с гордостью похлопала себя по округлившемуся животу.

– Это будет наш первый ребенок. Ты благословишь его?

Йим положила руки на живот Хомми.

– Пусть Карм благословит твою дочь и направит ее шаги.

– Это девочка? – спросил Хомми.

Хонус взглянул на Йим, но ничего не сказал.

Йим поймала взгляд Хонуса и пожалела о своей оплошности.

– Да, – ответила она. – У вас будет дочь.

– Откуда ты знаешь? – спросил Хомми.

– Такое умение не редкость в храме, – вставил Хонус, бросив на Йим знающий взгляд. – Один мой знакомый Провидец славился этим.

– Девочка! – радостно сказал Хомми. – Хамин, у нас будет девочка!

– В Аверене есть поговорка, – сказал Хамин Йим, – что первенец приносит благословение Карм.

– А теперь, когда у нее есть ты, Кармаматус, – сказал Хомми, – она будет благословлена вдвойне.

Йим улыбнулась замечанию Хомми, но ее мысли все еще были заняты знающим взглядом Хонуса. Уже не в первый раз казалось, что он видит ее насквозь. Ей стало интересно, как много он понял. Довольно много, решила она. Это привело к следующему вопросу. Имеет ли это значение? Она пришла к выводу, что нет, когда они доберутся до храма. Там Провидцы Карм без труда определят, что она – Избранная. Тогда вся эта секретность станет ненужной. Йим утешала себя мыслью, что скоро она раскроется и получит наставления от мудрейших голов.

Пока Йим размышляла, вода для чая закипела: Хомми просунула палку в ручку котелка, чтобы поднять его с огня, достала из кармана фартука несколько листьев, размешала их в горячей воде и отправилась в повозку за чашками. Когда чай был заварен, Хомми ухватилась фартуком за горячий, покрытый копотью котелок, чтобы наполнить чашки, и обожгла при этом палец.

Хамин наблюдал за женой и качал головой.

– Я намеревался останавливаться в трактирах по пути. Хомми заслуживает лучшего, чем готовить на кострах.

– Все в порядке, дорогой, – ответила его жена. – Люди такие ужасные, что я предпочла бы разбить лагерь.

– Скажу тебе прямо, – сказал Хамин Йим. – Я был очень рад увидеть твоего Сарфа. Я надеюсь, что ты поедешь с нами до Бремвена.

– Это очень любезно, но...

– Пожалуйста, Кармаматус, – сказал Хамин. – Хомми будет легче, если с нами будет Сарф.

Хомми посмотрел на Йим полными надежды глазами, в которых также читался страх.

– Повозка большая, – сказала она. – Ты никогда не спала на чем-то таком мягком, как куча шерсти.

Йим знала, что решение будет за ней. Йим склонила голову перед Хамином.

– Ты делаешь честь Карм и нам своей добротой.

Хамин усмехнулся.

– Нет, честь оказана нам.

Как только Йим приняла предложение Хамина, она была рада, что сделала это. Путешествие с повозкой упростит ее общение с Хонусом, ведь она была уверена, что присутствие Хамина и Хомми усмирит его чувства или, по крайней мере, заставит их скрывать.

После ужина Хамин и Хомми улеглись в повозке, и Йим присоединилась к ним. Хонус ненадолго задержался у костра, давая Йим надежду, что он будет сторожить снаружи. Но в конце концов он забрался в повозку. Вчетвером там было тесновато, но Хомми была права, когда предложила спать на шерсти. Она была мягкой, как пуховая перина. А для Йим это было еще и дополнительным преимуществом: от неё пахло овцами. Мудрая женщина иногда получала овечек за свои услуги, и в детстве Йим обнималась с ними, желая получить ласку, от которой воздерживалась ее хранительница. Запах вызывал умиротворяющие воспоминания, которые убаюкивали ее и усыпляли.

На следующее утро путешественники отправились в путь. Хонус ехал рядом с Хамином в передней части повозки. Йим осталась позади с Хомми, которая спокойно дремала на мягком грузе. Молчание Хомми устраивало Йим, ведь она мало о чем могла рассказать правдиво, а лгать не хотелось. Когда Йим становилось не по себе, она выходила, чтобы прогуляться за повозкой.

Хотя прогулка без мешка казалась необременительной, а погода была приятной, Йим не была полностью спокойной. Когда она встречала на дороге других людей, то часто сталкивалась с враждебностью. Неприязнь то усиливалась, то ослабевала. Были участки дороги, где она вообще отсутствовала.