Как я могла так сильно ошибиться?

Брент хватает меня за плечи:

— Что — Габриэль?

— Я ошиблась. Убийца — не мой отец. Это Габриэль. — Я все еще не пришла в себя от осознания ошибки, и мне непривычно произносить это имя вслух. — Габриэль, — повторяю я, пытаясь переварить новость.

— Габриэль? Как так? — Брент повысил голос. Он озадачен.

— Не знаю… не знаю почему, — выдыхаю я. — Но он заметил нас и побежал к большому дому. Скоро он будет здесь. — Я поднимаю голову и смотрю Бренту в глаза. — Я чувствовала и видела его ненависть. Он убил мою мать. А теперь охотится на Морриган и меня.

Мы с Брентом не один раз подолгу беседовали за ужином. Я сказала ему то, что почувствовала: от него исходит глубокая печаль, когда он смотрит на Морриган. И Роллинз признался, что его младшая сестра умерла примерно в этом возрасте. У нее тоже были светлые волосы. Он не совсем верит в мои способности, но в целом доверяет мне, а я доверяю ему. Когда я настояла, чтобы Кристиан никому не рассказывал, что прячет меня и Морриган в своих владениях, я сделала исключение для Брента. Все равно от него ничего не укроется. Моя мать всегда повторяла, что у моего отца длинные руки. Его товарищи все еще гуляют на свободе. Кто знает, на что пойдет ради него старый друг? Соблюдать полную секретность было просто необходимо.

Однако и мою мать, и судью убил не отец. А Габриэль.

На лице Брента появляется скептическое выражение. Он заглядывает мне в глаза. Чувствую, что атмосфера изменилась: Роллинз решил поверить мне.

— Надо позвонить Кристиану. — Он кладет пистолет на гранитный кухонный стол и прикасается к телефонному экрану.

— Надо выбираться отсюда. — Я поворачиваюсь к Морриган, которая слушает наш разговор с округлившимися глазами: — Принеси аптечку. Она у меня в шкафу.

Девочка тут же исчезает. Я подготовилась. У меня всегда под рукой деньги, паспорта, новые кредитки и все важные документы. Как раз на такой случай.

— Черт, автоответчик… — Брент прокашливается. — Кристиан, я в домике Саломеи. Она говорит, что ее преследует Габриэль, а не ее отец. И он заметил ее. Теперь мы собираемся выбраться отсюда.

— С Кристианом все будет в порядке? — У меня сводит внутренности от мысли, что мой друг в опасности.

— Он способен позаботиться о себе.

— Но это же его брат.

Брент поджимает губы:

— Это проблема Кристиана.

— Вот, мама, — Морриган сует мне аптечку. В глазах ни слезинки, вид решительный. Храбрая девочка.

— Садись в машину, — приказываю я.

— У нас есть автомобили получше, — возражает Брент.

— Но до них не одна сотня ярдов, а Габриэль уже здесь. Поедем в моем «Субару».

— Но в такой снегопад…

— «Субару» отлично справится.

Мой голос звучит уверенно, но ум в смятении. Протяженную дорогу к домику не чистили уже два дня: Брент хотел, чтобы снег скрыл следы моей машины. Вместе с Морриган я иду в маленький гараж и нажимаю кнопку, чтобы открыть дверь. Дверь со скрежетом дергается и замирает.

— Слишком много снега, мешает открыть, — Брент протискивается мимо меня в гараж и берет лопату для снега. — Оставайся в доме.

Он бросается обратно в домик, хватает пистолет и выходит через переднюю дверь. Я следую за ним.

— Будь осторожен! — кричу вслед. Закрываю дверь и впадаю в оцепенение. Понятия не имею, что теперь делать.

Собрать еду в дорогу.

Бросаюсь на кухню и начинаю кидать в пакеты продукты: молоко, бутылки с водой, хлеб, арахисовое масло. Один за другим вручаю пакеты Морриган, она относит их в машину. Время ползет еле-еле. Почему так долго? Бегу за одеялами, срываю их с кроватей, заодно прихватив кое-какую одежду Морриган.

Входная дверь распахивается, мое сердце замирает. В дом забегает Брент, по-прежнему с лопатой в руках.

— Идем.

Дверь гаража плавно поднимается. У меня перехватывает дыхание при виде кучи отброшенного снега. Брент вдобавок откопал участок дороги, где образовались громадные сугробы. Неудивительно, что это заняло так много времени.

— Дальше дорога будет легче, — обещает он, бросая лопату на стопку одеял и кучу продуктовых пакетов на заднем сиденье машины.

Мы оба подходим к водительской дверце и останавливаемся. Наши взгляды лихорадочно скрещиваются. Я хочу сесть за руль: материнский инстинкт кричит, чтобы я защитила дочь. Но Роллинз протягивает руку, и я роняю ключ зажигания ему в ладонь. Мой внутренний тигр протестующе рычит, но я понимаю: водительские навыки Роллинза, скорее всего, лучше моих.

Брент задним ходом выводит «Субару» из гаража. Мой автомобильчик кряхтит, но держится молодцом. Роллинз сворачивает на главную дорогу.

Краем глаза я замечаю голубое пятно среди деревьев.

Стекло со стороны Брента разлетается вдребезги. Раздается треск выстрела.

Теплые брызги покрывают мое лицо. Морриган вскрикивает.

Брент падает вперед, по-прежнему удерживаемый ремнем безопасности, и машина замирает.

Ему разнесло лоб. Все лицо в крови, она стекает ему на колени.