Княжеских же лошадей менять на свежих никто не собирался. Слишком уж дорогими они были. Поэтому на ночь придётся останавливаться в придорожной гостинице. И время пути растянется на все четыре дня, вместо двух.

— Просто потрясающе! — продолжила удивляться Елена. — Столько земли. И так мало жителей. У нас в Европе и получаса не проедешь, не наткнувшись на какую-нибудь деревушку. И все земли давным-давно поделены.

— Ближе к столице деревень будет больше, — пояснила Сабля. — Да и города встречаются часто. Как маленькие, так и побольше. Просто княжество Ульчиснкое граничит со степью. Поэтому и жителей меньше, чем в центрально части Великого княжества. Но земли и у нас все поделены. Даже если на них никто не живёт.

— Дома уже начался передел земель, — вдруг резко перевела тему девочка, продолжая смотреть в окно. — Скоро многие бароны и даже графы будут либо убиты, либо изгнаны. А так как слух про Маркуса дошёл даже до меня, то многие поедут сюда. Проситься под его руку.

— Это плохо? — нахмурилась княгиня, уловив в голосе собеседницы недовольство.

— Не знаю, — вздохнула Елена. — Просто в другой ситуации они бы с ним и не поздоровались. А теперь начнут лицемерить и клясться в вечной преданности.

— Такова жизнь, — пожала плечами Сабля, не зная, что ещё ответить на эти слова.

— Саблеслава Мечеславовна, — поравнялся с дилижансом один конный воин из сопровождения, — нас кто-то догоняет. Очень быстро.

— Кто именно? — нахмурилась княгиня. В нападение она не верила. Никто в здравом уме не нападет на полусотню элитных княжеских воинов.

— Небольшой отряд. На всякий случай — будьте осторожны. Я вышлю навстречу людей.

— Хорошо.

Княжеский кортеж из трёх дилижансов и четыре десятка всадников продолжили движение. Один же десяток остался встречать догонявших.

Спустя несколько минут княгине доложили, что оставленный десяток пропустил пятерых всадников и вместе с ними догоняет основной отряд. Значит, волноваться точно не о чем.

Так и оказалось. Спустя ещё пару минут с княжеским дилижансом поравнялся один из доверенных людей боярина Соболя и, поприветствовав Саблеславу, протянул ей письмо.

— Ничего не понимаю, — хмуро посмотрела на воина княгиня, закончив читать. — Тут говориться, что пропал один из моих казначеев. И вы догоняли меня только для того, чтобы это сообщить?

— Не совсем так, — негромко ответил ей тот. — Именно этот казначей отвечал за обеспечение столичной усадьбы всем необходимым. И боярину показалось очень подозрительным, что пропал он ровно в тот момент, когда вы направляетесь туда. Он велел нам скакать без отдыха, менять лошадей и оказаться в столице как можно быстрее.

— Проворовался, значит, — хмыкнула Саблеслава. Ничего удивительного в этом не было. Практически каждый казначей рано или поздно начинает воровать. Но, как правило, в меру. Если же этот сбежал, то он определённо с мерой не рассчитал. Тем более, что развернуться казначею было где. Несмотря на то, что в столице князья Ульчинские появлялись крайне редко, на усадьбу все равно выделялась очень приличная сумма. Чтобы соответствовать. Иначе злые языки начнут говорить, что провинциальные князья обнищали. А если учесть, что Сабля не была в столице очень давно, то простор для воровства у казначея имелся. Вот он, испугавшись, и сбежал.

— Проворовался, — подтвердил её слова воин.

— Тогда скачите, — велела ему княгиня. — И, если что, плетей там не жалейте.

— Слушаюсь!

Проводив ускакавших вперёд воинов взглядом, Саблеслава лишь покачала головой. Честных людей почти невозможно найти. А проворовавшийся казначей не мог действовать в одиночку. В любом случае замешан ещё и управляющий столичной усадьбой. И дядя послал людей для того, чтобы они опередили слухи о приезде княгини, не позволив сбежать ещё и управляющему.

— Надеюсь, там хоть стены целы… — чуть слышно произнесла Сабля, рассмеявшись. Отчего-то этот случай здорово поднял ей настроение.

Но каково же было её удивление, когда спустя три дня кортеж въехал на территорию столичной усадьбы. Стены были целы. Но и только. Возникало ощущение, что дом обнесли степняки. Да и не только дом. Странности начинались сразу за воротами.

Не было дорогой кареты для выезда. Конюшни стояли пустыми. И ни души.

Внутри же и вовсе отсутствовало всё, что было не прибито гвоздями. А нет! Судя по отметинам в некоторых местах, прибитое тоже оторвали и унесли. Вот так, навскидку, Саблеслава не могла оценить ущерб. Просто потому, что не представляла сколько может стоить дорогая мебель, ковры, картины и статуэтки. А также посуда, куча одежды, которую князья не видели смысла перевозить с места на место, всякие мелкие и полезные предметы. В общем, абсолютно всё!

— Что здесь произошло? — поинтересовалась княгиня у воина из той пятерки, что опередила их по пути.

— Всё вынесли, — развёл он руками, подтвердив очевидное.

— Это я и так вижу, — стараясь не показывать эмоций, с убийственным спокойствием в голосе произнесла Сабля. Правда воин отчего-то побледнел.

— Когда мы приехали, всё уже было так, — быстро заговорил он. — Соседи говорят, что начали всё вывозить неделю назад. Должно быть, до управляющего дошла информация о вашем приезде и он испугался.