Я стал внимательнее приглядываться к солдатам, но тут меня окликнул Олег:

– Андрей Борисович, быстрей сюда.

Я как можно быстрее вернулся и увидел, что ту улицу, на которую мы только, что свернули, тоже перегородила цепь солдат из двух шеренг.

– Ну что, милостивые государи, похоже, мы окружены? – из экипажа вылез князь-кесарь Ромодановский и подошел к нам.

Я взял из экипажа подзорную трубу и навел на шеренгу солдат. И сразу сообразил, что меня смущало в них. Их форма.

Она выглядела очень схематично. Камзолы, кафтаны, треуголки, перевязи выглядели, как будто они были не сшиты, а нарисованы прямо на теле. Этакий боди-арт восемнадцатого века.

Подправив резкость трубы, я понял, что и сами тела выглядели нарисованными. Этакие 3-D модели, созданные прямо офлайн. Причем не очень аккуратно. В трубу я у пары человек разглядел, как шея или руки отдельными фрагментами наползают на воротник или манжеты рубашек.

– Это вообще не люди, - я передал подзорную трубу орку.

– А кто это?
– спросил князь-кесарь, косясь на трубу и, видимо, решая про себя, уместно или неуместно при его положении попросить самому взглянуть на солдат.

– Какая-то незнакомая магия, - орк протянул трубу князю-кесарю.

– Так, что Ваше Сиятельство, и ты Олег Сельвестрыч, готовьтесь, придется магией на магию отвечать.

– Знать бы еще какой? – пробубнил про себя князь-кесарь.

Я забрал у князя-кесаря подзорную трубу и еще раз посмотрел на наступающих солдат. Пожалуй, это действительно главный вопрос. Что-то мне подсказывало, что, конечно, это магия, но скорей всего не содержащая каких-то особых, которые, не встречались бы, допустим, в нашем мире.

Да, призрачные кони авалона основаны на магическом движителе, но по сути, это же автомобиль. Значит, и здесь ничего по идее сверхъестественного быть не должно. Скорей всего какие-нибудь магические роботы. И наверняка, как и у нас не слишком умные. Как у них тут называются эти приводимые в движение магией куклы? А точно -големы. Вот сейчас и проверим:

Я подозвал к себе Яниса:

– Возьми, пожалуйста, ружье и выстрели в крайнего, в первом ряду, солдата. Желательно в ногу.

Янис взглянул на меня настороженно, но пошел, принес ружье, а еще к ней специальную рогатину.

– Так, Янис, стреляем по моей команде.

– Господа, Ваше Сиятельство, Олег, Сергей, будьте готовы применить магию. Желательно, что-нибудь огненное. Федор Иванович, возьми мартирку и когда будет пора, швырни в них пару бомб!

– Как можно, Андрей Борисович, это же русские люди, солдаты подневольные, а вы в них стрелять удумали, - возмутился дядька Федор.

– Я же сказал, - никакие это не люди и тем более не русские. Янис, пли.

Янис стрельнул по ноге крайнего солдата, но попал солдату чуть ниже пояса. Что поделаешь, огнестрельное оружие петровских времен не было предназначено для меткой стрельбы. Оно брало массой залпа. Чем больше ружей выстрелит одновременно, тем лучше результат.

Но и результат стрельбы Яниса был более чем отличный. Если стрелять в человека. При таком ранении солдат противника должен был упасть и некоторое время корчиться от жуткой боли. До тех пор, пока не скончается. В общем та еще смерть.

Здесь же ничего подобного не произошло. Раненого солдата откинуло назад. Он упал на идущего сзади товарища. Вместе с ним качнулся и рядом стоявший с ним солдат, за ним следующий. Все это выглядело, так, будто все солдаты шеренги скованы между собой. И по этой шеренге прокатилась волна.

Солдат же, в которого, попала пуля, как не в чем ни бывало, встал вертикально. На месте попадания пули не было никакой раны. Там была опаленная порохом воронка. Внешне он была очень похожа на воронку в крем-супе или киселе, и она затянулась за считаные секунды.

Сразу же после этого шеренги солдат сделала несколько шагов и вскинула ружья для стрельбы залпом.

– Огонь! – что есть мочи заорал, одновременно пробуждая в себе белую энергию своего Дара. Впрочем, друзьям моя команда особенно не понадобилась. Лишь Ромодановский, прежде чем запустить магию, четко кивнул, мол, команду принял.

Сначала мы наверняка были похожи на четыре живых огнемета или дракона, но потом наши разрозненные потоки огня превратились в единый огненный каток, который в считаные секунды докатился до шеренг солдат.

Еще через несколько секунд огненный вал проделал широкую и глубокую просеку в строе солдат.

Такого эффекта, я, конечно, не ожидал. Это было похоже на плавящийся под огнем полиэтилен или пластмассовую линейку. С такой же вонью и черным дымом.

Огненный вал прошел строй солдат насквозь. Однако уже через несколько мгновений эта просека стала затягиваться, и из той пластичной субстанции, что осталась по краям от огненной просеки, стали прорастать новые солдаты.