— Тогда не вижу препятствий. Вы — мужчины, и я — мужчина. Как сказано в Писании — "Да — да, нет — нет, остальное — от лукавого! Собирайте припасы и оружие, грузитесь в телеги — отправляемся по тракту! Будем убивать орков.

Орра оживленно переговариваясь, разошлись по домам.

— Теперь у нас будет эскорт на некоторой части пути, — сообщил Рем Ёррину и Зайчишке. — Путешествовать с десятком вооружённых мужчин куда безопаснее, чем втроём верно? А если мы сможем помочь им спасти родню — они будут нам обязаны. Посмотрим, так ли хороши в деле Серые Кафтаны, как о них пишут летописи? Пока что они меня не впечатлили… Но если проявят себя — думаю, полтонны золота помогут нам набрать целый пехотный корпус.

Да, при освобождении Лоусона орра не пускали в ход пики, сражаясь короткими фальчионами — привычным для копейщиков оружием последнего шанса. И в целом — бились храбро, не боялись крови и помогали один одному… Но все-таки, по сравнению с воинственными ортодоксами гонористые южане не показались Буревестнику хорошими солдатами. В конце концов, орки заставили этих мужчин запереться в своих домах!

— Рем! — Габи подошла вплотную к мужу, встала на цыпочки и заглянула в его чёрные, фамильные глаза. — Кажется, наше свадебное путешествие превращается в военную кампанию, да?

Она была такая хорошенькая, что у Рема защемило сердце. Он положил ладони на талию супруге и вздохнул:

— Зайчишка, я… — Буревестник неожиданно для самого себя смешался. Его аркановская неугомонная натура требовала действия, хотела вмешаться в происходящее, всех победить, добыть новой славы и репутации, и новых союзников, но… У них ведь был медовый месяц! — Я ведь не специально, оно так…

— Не-е-ет! Я не собираюсь тебя обвинять, ты — мой муж, и куда ты — туда и я. Военная кампания — значит военная кампания, но если мы не притворяемся больше торговцами, то нам нужен другой фургон — боевой, укрепленный, как у ортдоксов прошлого, и еще пара или две пары мулов в упряжку, и можно на колеса приделать такие острые железные стальные спицы, я читала в одной книжке…

— Га-а-аби! — Аркан подхватил её на руки. — Ты сумасшедшая, знаешь? Или наоборот — самая разумная жена в мире?

— Т-ш-ш-ш-ш, Рем, я суечусь специально чтобы не разреветься! — призналась девушка и снова уткнулась мужу в шею носом. — Какие ужасненькие вещи тут происходят…

— Габи, Габи, я обещаю — мы доберёмся до Претории, и у нас будет настоящий медовый месяц, — зашептал Рем на ушко жене. — Шикарные апартаменты, огромная ванная, шёлковые простыни, всякие сладости и фрукты, хорошая музыка и все, что захочешь, м? Наконец-то почувствуешь себя настоящей герцогиней!

— А я думала — быть настоящей герцогиней-Арканой это стрелять из арбалета, жечь фоморов, копать могилы и колесить по свету! — смахнув слезу из краешка глаза Зайчишка улыбнулась. — А ты — шёлковые про-о-остыни!

— Обещаю! — Рем притянул её к себе и поцеловал, в очередной раз тая от запаха полыни от её волос, от мягких губ и ощущения девичьего тела в руках.

Зайчишка изогнулась, делая вид что сопротивляется, но на самом деле подставляя щёчки под поцелуи и сказала:

— Вон, Лоусоны уже тащат свои пики и запрягают коней… Пора!

Первым испытанием на пути отряда лоусоновских пикинеров стал большой, на двести или триста домов, посёлок под названием Гарви. Уже с тракта Аркан увидел дым: горели окраинные дома. Слышались крики, лязг металла и треск дерева: Гарви сражались!

— Джентльмены, строимся! — крикнул Шон, и из телег высыпало полтора десятка бородатых и коротко стриженных южан. На головах у них красовались прочные кожаные шляпы: широкополые и разной степени потертости, но прекрасно защищающие от солнца.

Знаменитых серых кафтанов по случаю жары на пикинерах не было: широкие рубахи с портупеями для фальчионов, удобные холщовые штаны и котомки с припасом дополняли простой комплект снаряжения южных пехотинцев. Аркан с неудовольствием отметил: ни кирас, ни стеганых гамбезонов южане не носили, но говорить ничего не стал, потому что действовали пикинеры слаженно, выстроившись в шеренгу и взяв пики наизготовку.

— Командуйте! — глянул в глаза Рему Шон.

— Ёррин, Габи — на вас фургон и телеги, если появятся орки — подайте сигнал, мы вернемся. А сейчас, маэстру — двигаемся по главной улице и убиваем всякого орка, какого встретим. Я прикрою тыл и фланги, не бойтесь за свои спины, — из двух мечей Аркан выбрал спату, ведь воевать предстояло не с химерами, не с магами и не с фоморами, против зеленокожих дикарей должно было хватить обычной доброй стали. — Шагом — марш!

— Р-раз, раз, раз-два-три! — хриплым речитативом завели южане, привычно подстраивая шаги под единый ритм.

Впереди совершенно точно шёл бой, местные жители перегородили несколько центральных улиц телегами, бочками и ящиками, и всерьёз дрались с орками, многие из которых и не думали атаковать баррикады: они гораздо сильнее были увлечены грабежом ближайших домов и пожиранием всего съестного, до чего только могли дотянутся, включая комнатные растения, кошек, собак и домашнюю птицу — чуть ли не живьем.