Шрифт:
– Может они про тебя говорили? Решили, что ты мать…
Я головой покачала.
– Если бы. Та женщина, похоже, хорошо сама их знает. Боюсь, как бы они чего не учудили.
Вилен поднялся снова, отошел к ближайшему окну, видно было, что в нем борются какие-то внутренние сомнения. Я дала ему время – все равно торопить его было бессмысленно.
Наконец, он слегка повернулся, бросив на меня быстрый взгляд:
– И ты думаешь Боди захочет, чтобы ты стала для него приемной матерью? И ты сама вообще… сможешь? Понимаешь, какая это ответственность?– в голосе прозвучала нотка недоверия или, может, тревоги. Странно в общем прозвучал этот вопрос. Да и сам Вилен…
Он словно искал во мне что-то.
– Да, – просто ответила я, снова пожимая плечами. – Хочу, чтобы у него появилась семья. Настоящая. И чтоб не боялся он снова, что его поколотят. И не спал в углу чужой кухни на старой тряпке. Не могу я так, понимаешь? Хороший же мальчонка.
– М-да, – он хмыкнул, но без злости. Скорее, пораженный необычностью предложения. – Не думал, что мне женщина станет предлагать женитьбу. Всегда считал, что это наоборот происходит.
– Ты не торопись с ответом. Подумай. Просто мне особо не на кого положиться, сам знаешь.
Вилен головой покачал, но ничего более не ответил, а потом из кухни уж и Боди с Гасти прискакали, при них разговор сей продолжать не с руки было.
Глава 17.3
Мальчишки промчали по залу, вот сорванцы! Только пылищу взметнули!
– Обедать скоро! – крикнула им вдогонку.
– Ага, мы сейчас, – послышался в ответ с улицы голос Гасти. Они и правда воротились уже с пол минуты спустя. – Дядь Золо сказал, сегодня новые кирпичи привезут, но пока телеги не видать. А чегой-та у тебя тут?
Гасти сунул нос в кастрюлю, но я его за ворот перехватила и оттащила.
– Ну-ка! Все в пыли! Умойтесь сперва, – кивнула на таз с водой и кувшин, что у стены стояли. – А то сейчас в суп натрясете.
Просить их дважды не пришлось. А закончив, Гасти снова вокруг закрутился.
Боди тем временем притих у стола, осторожно перебирая пальцами край скатерти. Может, слышал чего или чувствовал просто, что о нем тут говорили?
Я бросила взгляд на Вилена. Тот стоял, опершись ладонью о подоконник, к нам спиной. Разглядывал что-то за окном. Плечи напряжены.
Боди ногой качнул, задел табурет, Вилен тут к нему и повернулся. Лицо его при том заметно смягчилось. Тон, впрочем, остался тот же командорский:
– А ты чего сидишь? Помоги Гасти стол накрыть.
Мальчишка тут же поспешил указание выполнить, на что Вилен головой качнул.
На обед и остальных позвали, печников вот тоже. Роло и Мрот как обычно отказывались, но как и прошлые дни в конечном итоге сдались.
Сидя за столом с ними всеми, я вдруг поняла, что все так правильно… Дульсинея вон с Роло заигрывала, тот ей тем же отвечал, а Мрот зато краснел, когда та и его подначивать принималась. Гасти с мальчишками тоже от всего того похихикивали. Вилен, по хозяйски сидя во главе стола, наблюдал.
А мне так тепло сделалось. Благостно… Хлеб вот хрустящий, все с теплом друг с другом общаются. Вкусно пахнет едой, а впереди еще столько всего интересного…
– Ну, хозяйка, похлебка на славу удалась! – похвалили печники.
– Спасибо на добром слове, – отозвалась им.
После обеда Вилен со старшими мальчишками остались печникам помогать – привезли еще кирпичей, да и ремонтники воротились, что зал переделывали. А мы с Боди и Дульсей в сад пошли – вишни собирать. Ягоды уже тяжело свисали, где-то опадали. И я решила, что нечего добру пропадать. Настойку ставить Вилену не дала. Нечего. У меня другая идея созрела.
Пока вот по рынку ходила, нигде варений не видала… Значит, надо пользоваться.
Сегодня соберем, а завтречка наварим. Пока таверна в ремонте, запасов сделаем и вместе с выпечкой продавать станем.
До позднего вечера так и провозились. Боди, правда, мне кажется, больше ел той вишни, чем собирал, но я все делала вид, что не замечала.
Еще и мысли собственные покоя не давали.
Насколько правильно сделала, что к Вилену с такой просьбой обратилась? Может, у него какие свои планы имелись, а тут я со своей женитьбой.
Да и подумалось вдруг, что мне ведь дали тут вторую попытку именно по той причине, что я любви хотела. Разве нет? А я что..? Выходит, опять не о себе думаю, а о других?
Но бросив мельком взгляд на мальчонку, который сейчас на ветке вишни сидел и ягоды собирал, да аккуратно так, чтобы не помялись, понимала я, что нельзя иначе. Не место ему там. Никому из них не место, конечно… Но спасти всех я не могу. А этот мальчонка не такой бойкий, как тот же Гасти. Не такой хитрый и изворотливый, как Малик.