— Да пошли вы, — злобно прошипела Рита, не переставая буравить меня тяжёлым взглядом.

Она явно что-то заподозрила и теперь не успокоится, пока не докопается до правды. Не то, чтобы меня это сильно заботило — я давно привыкла к постоянному обсуждению в коллективе, кто с кем спит. И пусть, до этого дня, мое имя в этих разговорах не фигурировало, мне было откровенно плевать на то, что на ближайшие время именно я могу стать стать главной героиней офисных сплетен.

Намного больше меня беспокоил Влад. Точнее, как это скажется на его, и так непростых, отношениях с отцом. Мне совсем не хотелось, чтобы именно я стала причиной их очередных разногласий. Особенно учитывая тот факт, что я только вчера уверяла Сергея Ивановича — нас с Владом ничего не связывает.

Рита, гордо задрав голову, встала из-за стола и направилась к выходу. Димка поспешил за ней — у него, наверняка, язык чесался обсудить произошедшее за обедом. Максим быстро допил свой чай и, зачем-то извинившись, пробормотал, что у него еще куча дел. И поспешил удалиться вслед за остальными.

— Ты идёшь? — спросила Ирка, когда мы остались с ней вдвоём.

— Ты иди, я догоню, — ответила я. Мне совсем не хотелось оставлять сейчас Влада.

Подруга понимающе кивнула и оставила меня одну за столом. Я посидела ещё несколько секунд, затем решила подойти поближе к Владу. Тон общения у парней уже сменился — похоже, теперь уже никто не был рад этой встрече.

— Ты изменился, братан, — с обидой в голосе сказал худощавый, — думаешь надел свой крутой костюмчик и все, ты лучше нас? Стремно даже поговорить?

— Я ничего такого не говорил, Миш, — покачал головой Влад, — мы теперь совсем разные люди. Я не знаю, чем вы сейчас живете, но я больше не планирую заниматься тем, чем раньше. О чем нам разговаривать?

— Значит, не о чем поговорить со старыми друзьями?

— Мы никогда не были друзьями, — его голос словно резал воздух в помещении. — Максимум собутыльниками. И сожителями, когда вам было негде жить.

Миша хрипло рассмеялся:

— Вот ведь как жизнь поворачивает, да, Влад? Сколько тебя знаю, ты всегда старался доказать всем и каждому, да и себе в первую очередь, что ты не похож на своего отца. А сейчас посмотри на себя — вылитый папаша!

Влад схватил его за грудки и со злостью прохрипел в самое лицо:

— Я на него ни капли не похож! Ты меня совсем не знаешь!

Я сама не поняла, как оказалась рядом с ними и схватила Влада за руку. Он перевел горящий яростью взгляд на меня и только, когда увидел, что я не на шутку напугана, немного ослабил хватку.

— Пожалуйста, пойдём. Прошу тебя, — я в ужасе представила, что он сейчас набросится на этого парня, и завяжется драка.

В ответ он лишь разжал руки, оттолкнув от себя Мишу, стряхнул с себя мою руку и, не говоря ни слова, пошел прочь. Я растерянно поглядела ему вслед. И долго он ещё будет то отталкивать меня, то снова лезть под кожу?

Я догнала его уже у лифта. Он тяжело дышал, будто пробежал стометровку, прислонившись головой к холодной бетонной стене.

— И что это было? — я смерила его хмурым взглядом.

Он непонимающе посмотрел на меня, словно увидел впервые. Его глаза все еще были затуманены злостью, и внутренний голос подсказывал мне, что лучше сейчас не лезть к нему под горячую руку, но остановиться было уже невозможно.

— Полин, давай поговорим позже, мне нужно успокоиться и побыть одному. Сейчас не лучшее время.

— Тебе не обязательно быть одному. Хочешь, я побуду рядом?

— Нет, — наконец, произнес он после долгой паузы.

Меня словно по голове ударили. Слова, оказывается, действительно могут ранить — потому что вот это его "нет", как нож в самое сердце. Я не знаю, что отразилось в моих глазах, но злость в его взгляде начала понемногу сменяться на разочарование. Я сделала шаг назад, и тогда в них отразилась почти что боль. Влад запустил руки в волосы и взъерошил их.

— Пожалуйста, не принимай близко к сердцу. Мне правда лучше будет побыть одному. Ты все равно не поймёшь.

— Ты так думаешь? Что ж, хорошо! — вспылила я и, не став дожидаться лифт, бросилась к лестнице.

Я зашёл в свой кабинет и с грохотом захлопнул дверь. Руки так и чесались что-нибудь разбить — кружку, стоящую на столе, ноутбук, окно… Что угодно. Кровь бешено кипела в венах, и я прекрасно знал, что мне может сейчас помочь — хорошая драка, несколько часов в спортзале или бурная ночь с девушкой. Хотя, драка была очень близка — чёрт бы побрал этого Мишу и его дружков. Я столько лет старался забыть своё прошлое, в корне менял жизнь, сбегал от всего на другой конец света. А теперь это возвращение… Плохая была идея, очень плохая. У меня уже почти получилось зажить нормально, без выжигающего изнутри чувства ненависти, так мешающего выстраивать нормальные отношения с людьми. И вот снова — эти люди, эти эмоции, эти преследующие меня ночью кошмары. Я опять в той же точке отсчета.

Я до боли сжал кулаки. В голове до сих пор пульсировали слова: "Ты вылитый отец" — слова, которые меня пугали больше всего, и заставляли дикого зверя внутри меня биться в ярости. Мне хотелось кричать на весь свет, что это не так, но то и дело на подкорках сознания всплывала отвратительная мысль: "А что, если это действительно так?" Ведь что-то же делаю сейчас здесь, в этом чертовом городе, в этом проклятом офисе. Что, если мы похожи, гораздо больше, чем мне хотелось бы?

В дверь постучали, и я быстро сделал пару глубоких вдохов, стараясь прийти в себя.