Каэрсан отворачивается и проходится среди трупов, устилающих пол. Дойдя до стены, он кладет руку на кристалл и поднимает взгляд к сводчатому потолку.

– Неясно, – говорит он. – Возможно, психический диссонанс вызван присутствием двух Триггеров. Но если «Неридаа» однажды уже совершила подобный экстраординарный поступок, то я верю, что его можно повторить. Я знаю этот корабль как самого себя. Сила, что звучит в нем, та же, что и в моем собственном дыхании. Это не столько оружие, из которого можно стрелять, сколько инструмент, на котором нужно играть.

В мой разум закрадывается крупица надежды, словно крошечный луч солнца, пробивающийся сквозь облака.

– Ты считаешь, мы могли бы сыграть на нем еще раз?

Он задумывается.

– Я знаю мелодию песни, слышал ее, пока мы перемещались во времени. Я мог бы воспроизвести ее, если приложу достаточно усилий. Твоему разуму лишь нужно сделать простой толчок, за неимением точного термина. И тогда я бы смог соединиться с песнью и вернуть нас к моменту, когда все пошло не так.

– Аврора… – начинает Кэл, но я уже усмехаюсь.

– Не волнуйся, я не стану участвовать в этом безумии по доброй воле.

– О, но… – Каэрсан поворачивается ко мне, театрально прижимая руки к сердцу. – Ты же Триггер эшваров, Аврора! У тебя есть шанс уничтожить Ра'хаама, пока он спит! Разве это не, как ты так красноречиво выразилась, твоя проклятая работа?

Его притворная искренность спадает, словно маска, и он опускает руки по швам.

– Не так уж и хочется служить им сейчас, а? Теперь, когда ты знаешь, чего это будет стоить?

Я провожу пальцами по щеке, и, хотя львиная доля моего гнева направлена на этого высокомерного ублюдка, внутри меня трепещет и шепчет крошечный огонек: «Как тебе суждено было выстрелить из этой штуки двадцать два раза? Ты бы погибла, рассыпалась по частям. Об этом они тебя и просили».

Но даже сейчас я чувствую, как сила, требуя высвобождения, покалывает в кончиках моих пальцев. И я снова испытываю это чувство восторга при мысли, что, возможно, смогу дать ей волю. Это как река, которая бурлит во мне даже в эту секунду, и хотя я все еще слаба после прошлого раза и чувствую, как все болит, когда я пользуюсь силой, я почти…

Почти… хочу этого.

– Все это в любом случае не имеет значения, – вздыхает Каэрсан.

– Почему? – спрашиваю я, заталкивая это желание куда подальше. – Что ты имеешь в виду?

– Разве ты не чувствуешь этого, терранка? В воздухе? В стенах?

Я позволяю своему разуму устремиться вовне, к пульсациям и мерцанию, которые проникают сквозь окружающие нас стены. И я понимаю, что имеет в виду Каэрсан. То же самое уже говорил Кэл.

– Мелодия. Песнь этого места… теперь она ощущается по-другому.

Звездный Убийца кивает:

– «Неридаа» повредилась. Во время битвы за Терру. Я не могу играть ноты, если у инструмента перерезаны струны.

– Что ж, тогда мы починим ее, – заявляю я.

Каэрсан усмехается:

– Вот так просто.

– Я не говорю, что это будет просто, – огрызаюсь я, сжимая руки в кулаки. – Но мы не можем просто сидеть тут и ничего не делать. Если таково будущее, которое мы создали, нам нужно вернуться в прошлое и исправить его. – Я машу рукой в сторону поглощенной колонии сильдратийцев, этого заплесневелого пятна нефти. – Это наша вина, Каэрсан!

– Лучше продолжить этот спор в более защищенном месте, нежели у врат Складки, – говорит Кэл. – Если Ра'хаам захватил Таалос…

Его отец хмурится.

– Ты имеешь в виду поджать хвост и сбежать? Чем еще она тебя наградила? Какая еще слабость терран отравляет теперь твои вены?

– Лишь глупец наносит удар в спешке, – парирует Кэл. – Воин бьет раз и навсегда.

На его лице, от приподнятого подбородка до изгиба губ, мелькает презрение, так свойственное Каэрсану. В этот момент я вижу: в них течет одна и та же кровь. Наши мысли соприкасаются, я инстинктивно тянусь к нему так же, как он – ко мне. Нам не нужны слова – серебро и золото сливаются воедино, подтверждая наше общее намерение.

Когда вернемся, то снова сразимся с ним.

Мы будем готовы.

Мы будем вместе.

Каэрсан лишь кривит рот, а после наклоняет голову.

– Что ж, хоть какое-то из моих наставлений ты запомнил, – бормочет он. – Мы не так давно прошли мимо бури в Складке. Она послужит нам прикрытием. Ты поможешь мне провести «Неридаа» сквозь бурю, терранка.

Он пялится на меня, а я колеблюсь. Не спеша оцениваю его, изучая лицо, так похожее на лицо Кэла, но такое другое.