Шрифт:
– Кея? – Замма, заметив Нуру, выбежавшую из рощи, изумленно уставилась на нее.
Порыв ветра растрепал волосы Пташки и вынудил колокольчики зазвенеть громче, злее.
– Вир? – Бойга пошатнулась, опираясь на дерево. – Не может быть… Вы умерли… Вы оба…
Уроборос оскалился. Какое же все-таки удовольствие смотреть на сломленную женщину, которая все детство искала причины для унижения и наказания мальчишки-гибрида…
С криком Нура подскочила к Замме, отвешивая ей пощечину.
– Ты! Ты убила ее! Ненавижу! – орала Пташка.
По ее лицу текли слезы, она беспорядочно колотила по Бойге, выплескивая горе. А вот Замма уже пришла в себя, она легко перехватила чужое запястье, остановив удар.
– Ты ее близняшка… Ясно… – Она мазнула рукой по воздуху, едва не сжав шею Нуры в своих мерзких пальцах.
Уроборос сдвинул Пташку за спину. И навис над Бойгой:
– Ну здравствуй, дражайшая мачеха.
– Вир… Ты…
– Вырос?
– Как?
– Ты знаешь, – усмехнулся он, – талант эльфов, о котором вы думали, что я не освоил. Это я убил твоего сына. Я обнародовал компромат. Я Уроборос.
Ошеломленная Замма оцепенела, задержав дыхание. Не стоило ей признаваться… Но ее выражение лица того стоило.
– А теперь… Забудь последние пять минут! – Приказ вырвался так же просто, как и обычно. – Спи.
Бойга рухнула на землю без сознания. Когда действие Приказа прекратится, она очнется, а вот вспомнить сможет лишь тогда, когда кто-то с более мощным Приказом скажет это сделать. Но… Уроборос знал только одного нага с более мощным Приказом – Аспида, а тот согласился стать его союзником.
Нура за спиной негромко плакала, обняв себя руками и глядя на Замму. Уроборос поспешил к своей Пташке. Нельзя было так долго упиваться мщением, нужно было сразу поддержать ее. Она ведь наконец узнала, кто убил ее близкого.
– Все хорошо, любимая…
Та доверчиво уткнулась лицом в его грудь, продолжая всхлипывать и трястись. Уроборос ласково поглаживал ее спину.
– Хочешь, я убью Бойгу? – спросил он. На самом деле раньше он вполне мог бы так и поступить сразу же, но из-за Нуры последнее время он прибегал к убийствам крайне редко. Не хотелось лишний раз пачкать в крови руки, которыми он ласкал сладкую Пташку.
Сейчас она вдруг замерла, смотря на Замму. Веки покраснели от слез, а на прелестном личике отражалась борьба между темной и светлой сторонами Нуры. Одна желала смерти той, кто убил ее сестру, а вторая… Чего же хотела вторая? Неужели прощения?
– Не убивай ее, – пробормотала Пташка.
Уроборос едва сдержал раздражение. Это было слишком глупо, по его мнению…
– Я хочу, чтобы она жила и помнила все то, что совершила. Все то, что имела и больше никогда не получит… Я хочу, чтобы она жила и каждый день мучилась…
Змей поднял подбородок Нуры, вглядываясь в ее стальные серые глаза. Он жадно целовал ее припухшие губы, слизывая слезы с ее щек. О, он сделает это. Он заставит Замму Тана страдать ради сломанного мальчика, ради Пташки.
– Обещаю, любимая, я все сделаю. Ее изгонят, а потом она окажется в такой грязной дыре, откуда уже не выберется.
Нура молча приняла это обещание, обнимая его за шею, и тихим дрожащим голосом сказала:
– Я хочу домой…
Уроборос поднял ее на руки, возвращаясь к оставленному мобилю через рощу, не оглядываясь на Бойгу. Очень скоро клан отвернется от нее, а Бумсланг не станет помогать ей, и тогда… Тогда месть Нуры будет удовлетворена. И может, то, что она не захотела убивать Бойгу, – победа не светлой ее стороны, а темной?
Уроборос уложил внутрь салона заснувшую Пташку. Еще немного – и она окончательно станет частью его мрачного мира…
Глава 37. Замкнутый цикл
Нура проснулась абсолютно разбитая. После вчерашней поездки на похороны ее до сих пор потряхивало. Она наконец узнала личность убийцы Кеи, но облегчения это не принесло. Отчасти приятно было перечитывать статьи и злорадствовать, что Бойга потеряла сына и потеряла власть. Она была вынуждена сняться с выборов из-за скандалов, но этого было недостаточно.
– А ты не можешь заставить ее Приказом признаться в убийстве? – глухо спросила Нура, сидя за стойкой и помешивая суп-пюре, который приготовил Уроборос. Сам он деловито расставлял посуду.
– Могу. Но ее отпустят.
– Почему?
– Потому что она все еще Бойга. Для начала нужно лишить ее поддержки Полозов, Пташка. Они должны изгнать ее… Не думай об этом пока. Просто поверь, я все улажу. И давай, – Уроборос перехватил ложку и, зачерпнув суп, поднес его ко рту Нуры, – ложечку за тебя, ложечку за меня, ложечку за собачку…