Она невольно усмехнулась, возвращая себе столовый предмет и наконец начиная есть. Змей провел с ней весь день, хотя пару раз отлучался, чтобы связаться с кем-то по нусфону. Нура не прислушивалась, но один раз ей показалось, что Уроборос говорил не своим голосом…

К вечеру зашла Мамба, недоверчиво косящаяся на собирающегося уходить Змея. Тот только оскалился:

– Приглядывай за моей Пташкой, а если с ней что-то случится…

Нура хлопнула его по плечу, чтобы не запугивал. Он быстро чмокнул ее в уголок губ и, подмигнув, выскочил наружу.

Выпив кофе с Мамбой и обсудив то, как все плохо у Полозов, они попрощались. А Нура помылась и легла в кровать, поглядывая на зеркало. Сейчас там никого не было, и оно осталось немного сдвинутым в сторону, чтобы было заметно темное пространство за ним.

Уснуть было проблематично. Слишком много навязчивых мыслей о Кее, Драконе и кланах, и слишком мало тепла Уробороса рядом. Нура ворочалась, думая о странном лете, так круто поменявшем ее жизненный вектор. И о том, насколько иронично было то, что там же, где пришлось прощаться с Кеей, пришлось и знакомиться с ее убийцей. А еще квартира, в которой Нура жила вначале, вновь стала ее пристанищем. И Змей все еще ходит сюда, но уже не скрываясь ни от кого… Будто прошел цикл и все вернулось к начальной точке, но при этом что-то завершилось. Настоящий уроборос.

Попытки заснуть не приносили ничего, кроме рождающихся в черноте под веками картин падающей Кеи, но теперь стало видно и того, кто ее столкнул… Пришлось вскочить от ощущения подступающей иррациональной паники, кромсающей разум. Нужно было на что-то отвлечься…

Покопавшись в рюкзаке, Нура вытащила книгу со сказками, которую так и таскала с собой с того вечера, как выкупила ее в лавке. Она задумчиво пролистала ее до конца, пытаясь вспомнить отмеченную страницу в таком же томике в Башне… Тщетно. Однако стоило лишь взглядом пробежать по содержанию, как все встало на свои места.

– Страница четыреста пятьдесят шестая, – пробормотала Нура, возвращаясь в спальню и опускаясь на кровать на ощупь, – сказка «Непобедимый Дракон»…

Дракон в названии. Едва ли это случайность. Взгляд пробежался по строчкам с описанием могущественного дракона, которого боялись все в округе. Нура нервно сглотнула, заметив среди подношений для него и «живые сердца чистых дев». Все это напоминало Дракона из реальности…

…Народ голодал и страдал от болезней, но отдавал последнее, лишь бы снискать милости у Дракона. Никто не смел перечить традициям предков и их предков. Долгие поколения жили так, и долгие еще будут жить. То известно было каждому в округе, однако ж раз в сотню зим заглядывали чужаки в те сокрытые места.

Эти смельчаки, вдохновленные легендами о славе и богатстве, уходили сражаться с Драконом, не веря люду, что твердил одно: «Дракона нельзя победить». И юные сорвиголовы, и опытные рыцари, и могущественные колдуны проходили все тот же путь, стремясь доказать, что они способны сотворить чудо. Но Дракон все так же жил на своих сокровищах и все так же сокрушал города, которые не смели ему перечить.

И вот однажды в те края забрел Храбрец. На поясе его был меч, равного которому не было ни в одном из миров. Под руками его рождалась магия настолько свирепая, что никто не мог противостоять ей. В сердце его горела отвага, которая подтолкнула его к новой битве…

Незаметно для себя Нура отключилась, погрузившись в сон, наполненный сражениями Дракона и Храбреца. Разбудил ее аромат кофе и звуки готовки. На кухне хозяйничал Уроборос. Лицо его было хмурым, но, как только он заметил сонную Пташку, на губах его расплылась улыбка. Нура поспешила привести себя в порядок и сесть за завтрак.

– Ты куда-то собираешься сегодня? – Уроборос убрал тарелку, отпивая кофе.

– А что?

– Я с тобой до полудня, потом… дела… Так что напоминаю: без Мамбы не выходи никуда.

– Я помню, – вздохнула Нура. – Но вообще… Я иногда навещаю Шанти…

По выражению Змея сложно было сказать, как он отреагировал. Он смотрел в окно и сидел с идеально ровной спиной в напряжении.

– Мамбу туда не потащишь. В общем, мне нужно к храму… Сначала зайти в булочную, а потом покормить Шанти… Я обычно ходила после завтрака, чтобы аппетит не сбивать ей…

Уроборос отрывисто кивнул:

– Тогда в Дом богини, а потом я завезу тебя обратно.

После этого Змей сделался необычайно молчаливым. В мобиле он так и не заговорил, а Нура не стала настаивать. В храме, как всегда, было немноголюдно и уютно. Послушница узнала частую гостью с бумажным пакетом из булочной и приветливо помахала, остановив внимание на Уроборосе, но ничего не сказала, лишь скользнула взглядом по его татуировкам с молитвами богине и улыбнулась.

– Никогда не входил так… – признался Змей, идя за Нурой, уверено поднимающейся по лестнице. – Обычно под мраком ночи забирался через балкон.

– Да, у тебя вообще своеобразные представления о том, как стоит куда-то заходить…

Уроборос прыснул, но быстро снова стал серьезным, остановившись перед входом в комнату матери, куда Нура уже спокойно прошла, шелестя пакетом. Шанти, как и чаще всего бывало, сидела в кресле, но оглянулась на знакомый шум, предвещавший лакомство.

Подставив поближе стул, Нура села рядом с ней, отламывая от булочки и подавая ей по чуть-чуть. Сегодня Шанти не меняла ничего в своей внешности, а сходство Уробороса с ней стало еще очевиднее. Общие черты лица едва не кричали об их родстве. Когда они были так близко друг к другу, легко было сравнить два миловидных лица с пухлыми губами и насыщенно-зелеными глазами.