Шрифт:
Еще один шлепок.
И еще…
Удары сыплются один за другим, кожа уже не горит, а пылает, между ног жарко пульсирует.
И возбуждение разгоняется, становится почти невыносимым.
Еще немного, и просто потеряю сознание.
А в следующий миг он впивается пальцами в мои бедра и дергает, насаживая меня на себя.
Полностью.
Глубоко.
На всю длину…
И начинает трахать. Мощно. Грубо и жестко. Как обещал.
Никакой нежности, ласки. Они не нужны. Их бы я сейчас и не вынесла.
Только напор, дикая страсть и яростные толчки, от которых груди раскачиваются, бьются о прохладную кожу кресла.
Он сминает их своими ладонями, сдавливает до сладкой боли, дергает, тискает, щипля и выкручивая соски.
Я перестаю понимать, где я и что я. Могу только чувствовать и теряться в своих ощущениях, погружаясь в горячий дурман.
Влажные шлепки плоти о плоть, хлюпающие звуки.
Короткое хриплое дыхание, мои истошные крики и стоны, его член, вдалбливающийся в мое тело…
Быстрее, быстрее, быстрее.
Остро, ярко, почти непереносимо.
Слишком приятно, чтобы продолжаться долго…
Еще несколько мощных толчков, и…
Ослепительная вспышка. Мой стон, ответный хрип чужого наслаждения, упоительно-сладкие судороги, скручивающие тело…
Я выгибаюсь и обессиленно повисаю на спинке кресла. Сквозь накатывающую волнами негу чувствую, как он поднимает меня, поворачивает и целует. Нежно-нежно.
Прихожу в себя у него на коленях. Райан сидит все в том же кресле, прижимает меня к себе и искушающе спрашивает:
– Повторим?
С ума сошел.
Платье болтается на талии, но сил нет даже на то, чтобы его поправить. Шевелиться не могу, говорить не могу. Поэтому слегка приподнимаю голову, молча качаю ею и снова опускаю на его плечо.
– Слабачка, – выдыхает он в мою макушку.
Но по голосу ясно, что он улыбается.
Глава 33
Линда Миллард
– Мистер Фаррелл ждет вас в своем кабинете, – сообщила Элеонора.
– Что? – ошарашенно моргнула я.
Но мне никто не ответил. Элеонора уже выскользнула за дверь.
Мистер Фаррелл… в своем кабинете, вас… Черт побери, как официально.
В последнее время этот самый мистер Фаррелл не особо утруждал себя формальностями. Просто вваливался в мою комнату и хватал меня в охапку. А дальше начиналось такое, отчего наутро горели щеки. И было стыдно.
Стыдно, приятно и очень хотелось повторить.
Потому что мне это нравилось.
Нравилось все, что он со мной делал.
Нравилось подчиняться, нравилось быть покорной, нравилось сопротивляться и… проигрывать.
Нравилось узнавать его и себя…
Нравилось все, что происходило между нами. И я не только о сексе.
Нравилось ощущение того, что это навсегда. Рядом с ним было спокойно и надежно…
И теперь вот это «ждет вас в своем кабинете»? Такая перемена напрягала.
Что, черт возьми, еще случилось?
Даже промелькнула предательская мыслишка: а вдруг я все себе придумала? Ну, вот это, насчет «навсегда». Что, если он собирается меня бросить? Выселить из этого дома, который я уже считаю своим, дать каких-нибудь денег на первое время – в конце концов, он же не полный козел! – и попрощаться.
Поэтому и вызвал в кабинет, такой разговор заводить в спальне ни к чему.
В общем, пока шла по длинному коридору, я так себя накрутила, что шагнула в кабинет как на эшафот.
– Привет, девочка! – Райан притянул меня к себе, зарылся носом в волосы.
И меня немного отпустило. Так не обнимаются, когда бросают. Или обнимаются? Черт возьми, откуда мне знать. Меня ж никогда не бросали…
Он отступил на шаг, все еще держа меня за плечи, посмотрел в глаза долгим взглядом и сказал:
– Нам нужно поговорить, серьезно. О твоем брате.
Крис… Его имя привычно отозвалось болью. И только потом пришло понимание: Райан сделал то, что обещал, – нашел их.
Сердце оборвалось. Не может быть! Этого не может быть! Теперь я узнаю, кто убил Криса. Все-таки узнаю…
Райан, словно мягкую тряпичную куклу, усадил меня в кресло и начал рассказывать о своем компаньоне Чарльзе, который решил, что справится и без него, и связался с бандитами. О том, что Райана планировали убить, как только Чарльз закончит свои махинации.