— Беда прям с тобой одна, — бормотал он, поднимая меня на руки. — Напилась — так веди себя прилично!

— А что я такого делаю? — осведомилась я, кладя голову на его плечо. — Песен некрасивых не ору, по столам не прыгаю, к молодым людям не пристаю. Я еще очень даже хорошо себя веду.

Вэл многозначительно закатил глаза и красноречиво вздохнул. Я сонно зажмурилась. И что еще его не устраивает? Ну, подумаешь, ноги не держат. С кем не бывает? Так он у меня в долгах, как в шелках. Не надорвется, если до дому добраться поможет.

— Эй, соня!

Я не прореагировала. А глаза открыла лишь тогда, кода меня куда-то подбросили.

— Что случилось? — испугалась я, одной рукой обхватив его за шею, а второй уже выудив кинжал.

— Спрячь железку, милая, порежешься еще по пьяни, — посоветовал он.

— А какого черта ты тогда тут со мной вытворяешь? — свирепо уставилась на него я.

— Скажи, куда идти — и можешь спать дальше.

— Вэл, ты что, заблудился? — ухмыльнулась я. — Маг пространства — и заблудился в лесу?

— Нет, конечно, — защищался он, — Но тут везде домов столько!.. Поди, разберись, какой из них нам нужен!

Я приоткрыла один глаз.

— По этой тропинке до развилки, потом направо, а там до конца.

И снова сонно зажмурилась. А ведь он, пожалуй, не такой уж и плохой человек. Может, просто притворяется болваном и негодяем?… Хотя нет, так естественно никто притворяться не умеет. Но Элвин все равно даст ему сто очков вперед. Где же он сейчас?… Когда я перестану вспоминать о нем по сто раз на дню?… Да и перестану ли?… Но мне так его не хватает… Я бы полжизни отдала за то, чтобы сейчас меня обнимал не Вэл, а любимый…

— Эй! Лекс, да ты никак опять ревешь?

— Не твое дело. — Я сердито вытерла слезы воротником его рубахи.

Он что-то пробормотал себе под нос и остановился, опустив меня на землю.

— Приехали. Что это?

— Мой дом, — наивно ответила я.

— Угу. А попадем мы туда как? Или у тебя ключ есть?

— Нет, конечно. У меня, его никогда нет.

— Еще лучше. И что ты предлагаешь?

— По плющу заберемся.

— Ну я-то ладно. А тебя ноги еле держат! Куда ты лезть в таком состоянии собралась?

— Я еще и не в таком состоянии в окно залезала, — обиделась я.

И, уцепившись за плющ, полезла наверх. Правда, чуть не сорвалась пару раз, но это так, лирика. Ловко поддев защелку, я распахнула окно и забралась в комнату. Вэл пролез следом.

— Это чье помещение? — с любопытством посмотрел по сторонам он.

— Мое вроде, — неуверенно отозвалась я.

Перед глазами решительно все расплывалось и кружилось, а пол так и норовил приблизиться к моему лицу.

— Черт, — выругалась я, сделав один шаг и оказавшись в руках моего нечаянного собутыльника. — Что-то мама с папой с полом перемудрили. Доколдовались, не иначе. Почему он на месте не стоит?

— Потому что пить надо все-таки меньше, — усмехнулся он.

— Ладно, Вэл. ты — как хочешь, а я спать хочу, — зевнула я.

— Ты же не думаешь, что я просто так тебя отпущу? — тихо спросил Вэл.

А я и не думала. Я знала, что не отпустит. Он весь день глаз с меня не сводил и смотрел так, словно хотел съесть.

— Не хочешь — и не отпускай, — пробормотала я.

…Мне снилось, что я с кем-то пытаюсь поговорить, но не могу сказать ни слова — горло словно стянуло изнутри чем-то сухим и липким. Я попыталась прокашляться и проснулась.

— Моя голова! — простонала я.

Попытки приподнять отяжелевшую голову заняли минут пятнадцать. Еще десять ушло на то, чтобы предметы обстановки перестали водить хороводы. Еще полчаса я вспоминала, что вчера было, почему я так напилась и с кем я, собственно, пила. Последнее обнаружилось быстрее всего остального и предстало передо мной в виде черных волос и босой пятки, выглядывающих из-под одеяла. Святые боги, черт бы меня побрал… Докатилась…

С улицы до меня долетели знакомые голоса, распевающие какую-то немудреную песенку. Я переполошилась. Так. Предки возвращаются с гулянки. В таком состоянии меня увидят… нет, лучше сразу из окна — и к бабушке…

Выбравшись из постели, я оперативно сбегала в ванную, почистила зубы, натянула помятое и сильно укороченное платье и только тогда вспомнила о своем ночном госте.

— Вэл! — взгромоздившись на постель, принялась тормошить его я. — Просыпайся и дуй в соседнюю комнату! Живо!

— Зачем? — простонал из-под одеяла он, — Никуда я не пойду! Мне и тут хорошо!

— Еще чего захотел, — рассердилась я. — Знаешь, у моих родителей есть вредная привычка — если они знают, что ребенок не ночевал дома, то поутру всегда проверяют, на месте ли он.