— Нет, они пришли с тобой познакомиться, — проворчал я.

— Но почему они хотели меня убить? Я ничего им не сделала.

— Ты была с нашей группой. Видно, кто-то решил, что ты слишком много знаешь.

— Я же ничего не знаю. Зачем меня устранять?

— Все было продумано таким образом, чтобы мы застали Скрибенко на квартире с Коробковым в тот самый момент, когда туда приедем. И приедем вместе с тобой. Подожди… — Я вскочил, ударившись головой о верхнюю полку.

— Осторожнее, — крикнула она.

— Тебя послали вместе с нами, — взял я ее за руки, — тебя послал Горохов. Значит, он знал, что там будет. Значит, поэтому он врал нам насчет фотографии. Тебя послали специально с нами, чтобы ты могла зафиксировать этот скандал. Как же я этого сразу не понял. А Михалыч считал его своим другом и поехал его искать. Они его убьют. — Я сел, не обращая внимания на свою наготу.

— Меня послал не Горохов, — сказала она.

— Как это не Горохов? Я же сам видел, что он пришел и приказал подполковнику Звягинцеву взять тебя с собой.

— Ничего ты не видел. Я приехала в управление только после того, как мне позвонили и разрешили принять участие в боевой операции.

— Когда тебе позвонили?

— Примерно часов в девять. Наша газета давно подавала заявку в министерство с просьбой разрешить принять участие в операции. А я специализировалась на криминальных репортажах.

— Подожди, — схватил я ее за руку, чувствуя, как снова начинают гореть щеки, словно у меня поднимается температура, — когда вы подавали эту заявку?

— Месяца два назад. Но нам не разрешали. В МУРе говорили, что нужно получить разрешение руководства московской милиции, в ГУВД говорили, что нужно разрешение министерства. В общем, нас так отфутболивали месяца два. Пока наконец мне не сообщили неделю назад, чтобы я была готова к выезду на место с группой. А вчера, вернее уже позавчера вечером, мне позвонили.

— Откуда позвонили?

— Из министерства. Сказали, чтобы я приехала в управление и подошла к полковнику Горохову, которому поручено разрешить мне принять участие в такой операции.

— Кто именно позвонил?

— Откуда я знаю? Он назвал какую-то фамилию, но я не помню. Обычный дежурный. Он сказал, что он подполковник.

— Он сказал, чтобы ты приехала в управление?

— Да. Он сказал, что все согласовано. Я постарался успокоиться. Я помнил, что мне сказал Леня Свиридов. Он получил сообщение от Метелиной в одиннадцать часов вечера. В два часа ночи мы выехали на задание. А к Людмиле позвонили раньше. РАНЬШЕ! Значит, они знали, что мы поедем на задание, что в одиннадцать позвонит Метелина, а в два будет боевая операция. ОНИ ЗНАЛИ!

— Теперь сосредоточься и вспомни, когда тебе позвонили, — сказал я, глядя ей в глаза, — я тебя очень прошу, вспомни. Если можно, с точностью до минуты.

— Это я точно помню. Я как раз досмотрела по НТВ «Итоги». Киселев, конечно, любит выпендриваться, но у него всегда масса интересной информации.

— Когда начинается эта программа?

— Ровно в девять.

— Значит, тебе позвонили в десять, — кивнул я. Теперь не оставалось никаких сомнений. Тот, кто позвонил, или тот, кто разрешил этот выезд, знал заранее о готовящейся провокации. Теперь нужно было узнать, кто это мог быть.

— Мне нужно сойти с поезда, — вскочил я.

— Не в таком виде, — усмехнулась она. Я бросился одеваться.

— Может, ты вспомнишь фамилию дежурного? — спрашивал я, натягивая носки. Она сидела, поджав ноги.

— Ты хочешь оставить меня одну? — спросила она.

— Господи, — я чуть не упал, — неужели ты думаешь, что мне этого хочется. Но я должен выяснить, кто звонил. Понимаешь? Одевайся быстрее.

— Ты же полчаса назад говорил, что самое главное — это вывезти меня в Харьков. А теперь соскакиваешь, как обычный мужик?

Вагон дернулся, и я все-таки упал. Попробуйте надеть трусы при такой качке, да еще ругаясь с женщиной.

— Я никуда не соскакиваю, — нервно сказал я, — я просто хочу позвонить с первой же станции. — Проклятые трусы никак не надевались.

— Но для этого не обязательно сходить с поезда, — закричала она, — можно позвонить прямо отсюда. — Она встала и сняла куртку с вешалки. И достала… Что бы вы думали? Мобильный сотовый телефон. Вот это дела!

— У тебя есть такой телефон? — изумленно спросил я.