В день праздника несчастен столь,

Нуждаюсь я опять в сатире.

Вы мне заплатите, король!

А где-то ряженым обжорам,

Забывшим друга в карнавал,

Осталось грянуть песни хором

Те самые, что я певал.

Под вопли их веселых глоток

Я утопил бы злость в вине,

Я был бы пьян, как все, и кроток.

Король, заплатите вы мне!

Пусть Лиза-ветреница бредит,

Мое отсутствие кляня,

А все-таки на бал поедет,

И лихом помянет меня.

Я б ублажал ее капризы,

Забыл бы, что мы оба - голь.

А нынче за измену Лизы

Вы мне заплатите, король!

Разобран весь колчан мой ветхий

Так ваши кляузники мстят.

Но все ж одной стрелою меткой,

О Карл Десятый, я богат.

Пускай не гнется, не сдается

Решетка частая в окне.

Лук наведен. Стрела взовьется!

Король, заплатите вы мне!

Тюрьма Ла Форс

Перевод П. Антокольского

ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ ИЮЛЯ

Как память детских дней отрадна в заточенье!

Я помню этот клич, во всех устах один:

"В Бастилью, граждане! к оружию! отмщенье!"

Все бросилось - купец, рабочий, мещанин.

То барабан бил сбор, то пушка грохотала...

По лицам матерей и жен мелькала тень.

Но победил народ; пред ним твердыня пала.

Как солнце радостно сияло в этот день,

В великий этот день!

Все обнимались, все - и нищий и богатый;

Рассказ чудесных дел средь женщин не смолкал.

Вот криком радостным все встретили солдата:

Герой осады он, народу помогал.

С любовью Лафайет, я слышал, поминался;

Король же... вкруг него черней сгущалась тень.

Свободна Франция!.. Мой разум пробуждался...

Как солнце радостно сияло в этот день,

В великий этот день!

Назавтра был я там: уж замок с места срыли.

Среди развалин мне сказал седой старик:

"Мой сын, здесь произвол и деспотизм душили

Народный каждый вопль, народный каждый крик.

Для беззащитных жертв им мест недоставало...

Изрыли землю всю: то яма, то ступень.

При первом натиске, шатаясь, крепость пала".

Как солнце радостно сияло в этот день,

В великий этот день!

Свобода, древняя святая бунтовщица,

Вооруженная обломками желез,

Зовет - торжественно над нами воцариться

Святое Равенство, сестру свою с небес.

Они своих борцов уж выслали насилью:

Для громов Мирабо двор - хрупкая мишень.

Народу он кричит: "Еще, еще Бастилью!"

Как солнце радостно сияло в этот день,

В великий этот день!

Где мы посеяли, народы пожинают.

Десятки королей, заслышав наш погром,

Дрожа, свои венцы плотнее нажимают,

Их подданные нас приветствуют тайком.

Отныне светлый век - век прав людских - начнется,

Всю землю обоймет его святая сень.

Здесь новый мир в пыли развалин создается.

Как солнце радостно сияло в этот день,

В великий этот день!

Уроки старика я живо вспоминаю;

И сам он, как живой, встает в уме моем.

Но через сорок лет я этот день встречаю

Июльский славный день - в темнице за замком.

Свобода! голос мой, и преданный опале,

Звучит хвалой тебе! В окне редеет тень...

И вот лучи зари в решетках засверкали...

Как солнце радостно выходит в этот день,

В великий этот день!

Тюрьма Ла Форс

Перевод М. Л. Михайлова

ДЕВУШКИ

О боже! Вижу предо мною

Красавиц молодых цветник.

(Ведь все красавицы весною!)

А я... что делать?.. я старик.

Сто раз пугаю их летами

Не внемлют в резвости живой...

Что ж делать - будем мудрецами,

Идите, девушки, домой.

Вот Зоя, полная вниманья.

Ах! между нами, ваша мать

Расскажет вам: в часы свиданья

Меня случалось ли ей ждать.

"Кто любит в меру - любит мало"

Вот был девиз ее простой.

Она и вам так завещала.

Идите, девушки, домой.

От вашей бабушки... краснею...