Которые не ели два-три дня...

Сперва мы им отложим хоть две трети,

А там - катай из суммы остальной!

На радости, что счастье есть на свете,

Пропьем, друзья, надгробный камень мой!

Что пользы мне, когда на золоченой

Большой доске чрез двести, триста лет

Какой-нибудь археолог ученый

Прочтет, что здесь такой-то вот поэт?..

Я не ищу ни славы, ни потомства...

С веселою, беспечною душой

Я пропивал и жизнь в кругу знакомства...

Пропьем, друзья, надгробный камень мой!

Перевод Д. Т. Ленского

ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ

Десять тысяч. Десять тысяч штрафа

После стольких месяцев тюрьмы!

Видно, я живу не хуже графа.

Дешев хлеб, - далеко от сумы.

О министр! Ведь нет таких законов,

Сбавьте хоть немного, вас молю.

Нет? За оскорбление Бурбонов

Десять тысяч франков королю?

Хорошо! Я заплачу. Но надо

Выяснить и мне один вопрос.

Это что ж? Всему суду награда

Или только плата за донос?

Сыщикам за грязную работу?

Цензору ли, мстящему стихам?

Так и быть! Две тысячи по счету

Отделяю этим подлецам.

Коль платить - так лопнувших от жира

И льстецов вношу я в свой бюджет.

Там, где трон, всегда ржавеет лира

И страдает насморком поэт.

Господа поэты! Для вельможи

Пойте лишь за деньги, - так и быть,

С этой суммы в вашу пользу тоже

Я готов две тысячи скостить.

Сколько наплодилось великанов

В орденах и лентах там и тут.

Как для коронованных болванов

Все они охотно спину гнут!

Много им добра перепадало.

Францию проглотят - дай лишь срок!

Двух-то тысяч им, пожалуй, мало.

Дам все три лакеям на зубок.

Что я вижу? Митры и тиары,

Женщины, пиры, монастыри...

Сам Лойола, греховодник старый,

Насыпает золотом лари.

Вопреки грядущему блаженству,

Ангел мой ощипан догола.

Менее трех тысяч духовенству

Дать нельзя за все его дела.

Подсчитаем! Две да две - четыре.

Шесть еще, - все десять есть как раз.

Лафонтен-бедняга в этом мире

Не платил за роковой указ.

Был добрей Людовик, - как хотите,

Высылал, расходов не деля.

Ну, Лойяль, квитанцию пишите:

Десять тысяч в пользу короля.

Тюрьма Ла Форс

Перевод Вс. Рождественского

ДОЧЬ НАРОДА

Цветов весенних ты даришь немало,

Народа дочь, певцу народных прав.

Ему ты это с детской задолжала,

Где он запел, твой первый плач уняв.

Тебя на баронессу иль маркизу

Я не сменяю ради их прикрас.

Не бойся, с музой мы верны девизу:

Мой вкус и я - мы из народных масс.

Когда мальчишкой, славы не имея,

На древние я замки набредал,

Не торопил я карлу-чародея,

Чтобы отверз мне замкнутый портал.

Я думал: нет, ни пеньем, ни любовью,

Как трубадуров, здесь не встретят нас.

Уйдем отсюда к третьему сословью:

Мой вкус и я - мы из народных масс.

Долой балы, где скука-староверка

Сама от скуки раскрывает зев,

Где угасает ливень фейерверка,

Где молкнет смех, раздаться не успев!

Неделя - прочь! Ты входишь в белом платье,

Зовешь в поля - начать воскресный пляс;

Твой каблучок, твой бант хочу догнать я...

Мой вкус и я - мы из народных масс!

Дитя! Не только с дамою любою

С принцессою поспорить можешь ты.

Сравнится ли кто прелестью с тобою?

Чей взор нежней? Чьи правильней черты?

Известно всем - с двумя дворами кряду

Сражался я и честь народа спас.

Его певцу достанься же в награду:

Мой вкус и я - мы из народных масс.

Перевод М. Тарловского

ТИРАН СИРАКУЗСКИЙ

Как Дионисия из царства

Изгнал храбрец Тимолеон,

Тиран, пройдя чрез все мытарства,

Открыл в Коринфе пансион.

Тиран от власти не отстанет:

Законы в школе издает;

Нет взрослых, так детей тиранит.