Опасно… но не смертельно — примерно пятьдесят на пятьдесят.

С другой стороны, если я сейчас вернусь домой — взбудораженная, пропадавшая где-то целый день по секретным делам, то наверняка Ксиль не поленится заглянуть в мою голову… И прости-прощай, возможность прищучить Древнего. И так смыться из дома от явно подозревающего о моих планах князя удалось лишь чудом. Я частенько уходила на полдня к Лиссэ, поэтому моя отлучка подозрительной не выглядела. А на большом расстоянии Ксиль мыслей не читал.

Этот шанс — единственный.

Значит, надо действовать.

Напоследок обозвав себя дурой в профилактических целях, я сосредоточилась на другом уровне видения.

Сначала все шло, как по маслу. «Демоническая» нить, лохматая и рыхлая, как бельевая веревка, легко легла в руки. Я начала по капле сливать в нее силу — и отправлять на другой конец.

К Древнему.

Гораздо проще было бы скользнуть по нити, но я помнила, каким цепким мог быть разум Максимилиана. Нет, в голову Древнему соваться нельзя. Остается ждать, пока он заинтересуется и ответит, а потом постараться как можно точнее запомнить образ и направление.

Вот только я и предположить не могла, что отклик окажется таким… сногсшибательным.

Если первое впечатление от прикосновения к нити Древнего было похоже на слабый разряд тока, то это — на удар молнии под аккомпанемент грома:

— Маленькая равейна… — утробно заурчало где-то под черепной коробкой. — Такая маленькая и глупенькая… И такая вкусная…

Я плашмя повалилась на землю — в снег лицом. Мышцы задеревенели. Желудок словно в центрифуге болтало.

Но хуже всего — разделенное сознание.

С Максимилианом это было похоже на сон. С ним — на кошмар.

Максимилиан…

Одно имя уже принесло облегчение.

Я судорожно вдохнула — и закашлялась от набившегося в нос и рот снега.

И сжала телепорт.

— Куда же ты? — захохотал голос. Я почувствовала, как напрягаются нити, пробивая тоннель для перехода… и в приступе отчаянной решимости открылась полностью.

Неизвестно, кому будет хуже — равейне в хаотическом сознании Древнего или демону, упавшему во тьму эстаминиэль.

Накатило.

Боль, крики, хохот, голод, вспышки света — быстрые: красный, желтый, фиолетовый, белый, страсть и острые иглы в висках…

И рядом с этим — островок чистой любви под плотными щитами. Ало-золотой, теплый.

И такой знакомый образ.

Меренэ.

«Вот кмерна!» — обругала я наследницу… и стукнулась головой обо что-то твердое.

Долго мне пребывать в беспамятстве не позволили. Сунули под нос что-то вонючее, приложили к ссадине на виске смоченный в антисептике бинт… и хорошенько встряхнули:

— Значит, прогулялась до Лиссэ, маленькая врушка?

— Ой!

— Успокойся, Ксиль, я уверен, она нам все сейчас объяснит…

— Непоседливая, тупая, самоуверенная ду…

Звякнуло стекло. Князь осекся на полуслове, а на меня закапало что-то прохладное, с приятным сладковатым запахом.

Пальцы, до синяков сдавившие мои плечи, разжались. Я упала назад — к счастью, на этот раз на подушку — и рискнула открыть глаза.

Максимилиан сверлил меня мрачным взглядом. С волос шакаи-ар стекала вода. Пахла она… странно. Чем-то сладковатым, мятным и смутно знакомым. Дэйр насмешливо смотрел на князя, сжимая неловкими пальцами стакан.

— Остыл? — ласково поинтересовался Дэриэлл через некоторое время. — Или надо еще одну порцию успокоительного употребить, внутрь?

А, вот что это за запах был! Ну, конечно, валериана.

— Нет, спасибо. Ну что, малыш, — мне показалось, что в синий взгляд прожигает не хуже газовой горелки. — Расскажешь, куда ты пропала на целый день и кто отделал тебя до потери сознания?

У меня в горле пересохло.

— Ну? — нетерпение в голосе князя не предвещало ничего хорошего. — Может, мне просто переворошить твои мозги? Конечно, это будет немного неприятно, когда ты так закрываешься, но что поделать…

«Открыться» после свидания с демоном я не могла при всем желании. Инстинкты — страшная вещь. Но и позволять Ксилю «взламывать» сознание мне не хотелось.

Поэтому, собравшись с духом, я скороговоркой выпалила:

— Ходила в лес… — и сдулась.

Полагаю, вид у меня был ну очень забавный. И наверняка жалобный. По крайней мере, князь перестал грозно сверкать очами и необидно расхохотался:

— По грибы?

— Вроде того, — мне удалось немного расслабиться. В конце-концов, не будут же они бить свою… героиню.