Дэриэлл сидел на противоположной стороне стола, механически расплетая косу. Эта картинка сошла бы за печальную, если бы не огромный надкусанный бутерброд с мясом, сыром и помидорами, который Дэйр гипнотизировал взглядом.

Я хихикнула.

— Что? — одновременно вскинулись Максимилиан и Дэриэлл. Я почувствовала умиление: такие разные — и такие похожие! Словно было нечто глубинное, что объединяло их. Как слова, которые зарождались в сердце Дэриэлла — и в тот же миг срывались с губ князя.

— Ничего, — надеюсь, получилось достаточно невозмутимо. — Просто нервное.

— Ну, конечно, — подозрительно фыркнул Ксиль. Дэриэлл только вздохнул, тряхнул головой и потянулся к бутерброду.

Мне, если честно, даже стало немного завидно. Желудок заурчал. Кажется, я сейчас бы даже от растворимого супа не отказалась! Еще бы, целый день провести на ногах, рассекая по заснеженным лесам, а потом вдобавок от демона схлопотать по шапке. Кто угодно проголодается!

— Хочешь перекусить? — усмехнулся Дэйр. Уж он-то меня всегда читал без всякой телепании. — Подожди тогда, сейчас этот лентяй выберется из кресла и сделает тебе такой же бутерброд. Мне он нож в руки не дает. Как нянюшка, на самом деле.

Князь без споров поднялся и бодро застрогал на кухонном столе — хлеб, копченое мясо, сыр… у меня слюнки потекли. Я как представила, что впиваюсь в это облагороженное подобие «студенческого» бутерброда зубами… Даже без чая сойдет, всухомятку… и без помидоров…

— А этот самостоятельный придурок себе чуть полпальца сегодня не отхватил, — Максимилиан наградил Дэйра ласковым взглядом из-за плеча. — Ну уж нет, если он не собирается переходить под мое крыло и становиться одним из нас… — Ксиль сделал выразительную паузу и лихо разрубил помидорину на две неравные части. Меньшую тут же и слопал. — Так что я лучше помогу ему нарезать хлеба сейчас, чем потом буду пришивать палец.

— А сумеешь? — иронично переспросил Дэриэлл. Я только сейчас заметила, что рука у него перебинтована.

Нет. Не калека, конечно.

Но, боги, как же ему трудно приходится!

— Научусь.

Пока Ксиль готовил третий бутерброд, для себя, я коротко пересказала свою эпопею — от судьбоносного решения самостоятельно разобраться с Древним и до того момента, как мои пальцы раздавили телепорт.

Последние слова звучали уже в гробовой тишине. Две пары глаз, ярко-синие и черно-зеленые, смотрели на меня так пристально, будто душу вытягивали.

— Я думаю… — произнести это было невероятно трудно. — Я думаю, что возлюбленный Меренэ — демон. Древний.

— Рэй? — тихо произнес князь. — Ты уверена?

Такой очевидный вывод, такой простой. И как много стоит за ним! Еще одна разрушенная судьба, опустевшая грудь… Ведь Меренэ любит его, по-настоящему любит!

— Да.

Я ведь почувствовала рядом с тем Древним наследницу. И ее безумную, невероятную любовь, которой не место было в расчетливом сердце Кмерны.

Слишком сложно. Мы не можем оставить все, как есть… Но и пойти с такими выводами к Меренэ — тоже.

Остается только один путь.

— Дэйр… Скажи, а ты можешь организовать нам встречу с твоим отцом? Тайно и быстро. Можешь?

— Да. Наверное. У меня есть способ связаться с Леарги напрямую… В экстренном случае, — задумчиво кивнул Дэриэлл. — И, кажется, мне придется им воспользоваться. Другого пути нет. Вся информация, которая поступает с официальных источников, проходит через мою сестренку. А Мер не допустит того, чтобы ее любовника очерняли.

«Это если она еще не поняла, с кем связалась, — мрачно заметил про себя Максимилиан. — А если поняла… то, скорее всего, в Пределах зреет заговор. Возможно, целью его является смена власти. Иначе зачем какому-то Древнему связываться с самой наследницей. Демоны не умеют любить.»

Мне, как никогда, хотелось, чтобы Ксиль ошибался. Чтобы все это было просто дурацким совпадением.

— Что за способ? — спросила я вслух, потому что пауза затянулась.

Вместо ответа Дэйр невесело улыбнулся… А потом медленно поднялся, подошел ко мне, обнял…

Горячие губы коснулись моего лба. А наглые пальцы скользнули за шиворот, вытягивая кольцо на цепочке.

— Это старая вещица, — прошептал Дэриэлл мне в висок. — Кольцо принадлежало моей матери. А Ирсиль, в свою очередь, его подарил Леарги… У этого украшения, Нэй, есть одна милая особенность. Его владелец может мысленно связаться с любым из прежних хозяев кольца… За исключением уже мертвых.

Широкий золотой ободок, усыпанный темно-зелеными камнями, легко скользнул на безымянный палец аллийца.

— Ну что, отец мой, — хохотнул Дэйр — то ли сбрасывая напряжения, то ли иронизируя по поводу ситуации. — Пора нам перекинуться парой слов.

А мне внезапно вспомнилось, как Айне сказала: «Всего двумя словами я могу изменить мир. Это и значит — быть пророчицей. Скверное занятие, Найта…»

И сейчас, в эту секунду я очень хорошо поняла, что она имела в виду.

Решать чью-то судьбу, даже будучи уверенной в собственной правоте — страшно.