– Ну вот!
– покосился на нее хозяин.
– А тут я... Простой работяга, ногти черные, выпить люблю...

– Но... разве для нее... это имеет такое значение?.. Я не знала, извините...

Илья Николаевич махнул рукой.

– Да это я так, к слову... Я на нее не обижаюсь... И вы ей ничего не передавайте, а то она сердиться будет. Я вам по секрету, как близкому ей человеку...

– Вы не беспокойтесь, я ни слова не скажу! И долго вам надоедать не буду, - быстро сказала Маша.
– Еще, может, покантуюсь у вас недели две-три, а потом уеду к себе... Пора и честь знать... Просто у меня такие непростые обстоятельства... А комнату вы можете сдавать. Это несложно, и деньги лишними не бывают.

– Живите, сколько нужно, - отозвался Илья Николаевич.
– Хоть всю жизнь. Чужих людей сюда пускать не хочется. И Ленка будет против. Мне бы еще успеть ее замуж пристроить... За хорошего человека... А как этот вот... Леонид?
– Хозяин снова искоса взглянул на Машу.
– У него серьезные намерения? А то поморочит девке голову, подинамит да и бросит? Таких нынче полно...

Маша обожглась чаем. Что отвечать?.. Сволочь Бройберг... Жена, дети, любовницы... Всегда почему-то неоправданно убежденные, что место его законной половины вакантно...

– Леня хороший человек, - твердо заявила Маша, отводя глаза.
– Он мне во многом помог. И сейчас помогает... И, по-моему, он очень влюблен в Лену...

Илья Николаевич заулыбался и оживился.

– Ну конечно!
– радостно заговорил он.
– Кто же в нее не влюбится? Она у меня как куколка! Вся в покойницу мать! Вы бы, Машенька, видели, какая у меня жена в молодости была! Все на улицах вслед оборачивались! Это уж потом, когда рак ее доедать стал... И все равно красивая оставалась! До последнего дня! Я вам сейчас фотографии покажу..

Илья Николаевич засуетился, побежал в комнату и притащил альбом. Очень похожий на альбом Любимовых. Впрочем, все семейные архивы одинаковы.

Маша сразу перепутала Лену с ее матерью.

– А-а, вот!
– довольно смеялся хозяин.
– Их все всегда путали! Одно лицо! И голос тот же самый. Не знаю, что моя Аня во мне нашла... Простой я, обыкновенный...Чего во мне?.. Правда, любил я ее сильно... Но ведь таких любителей на ее век хватало...

Маша слушала его и молчала. "Люблю я тебя, Зинка!.."

– А Лена-то где?
– спохватился Илья Николаевич.
– Она в это время уже обычно дома...

– Они с Леонидом в театр пошли, - выдумала Маша.

– В театр...
– уважительно повторил Илья Николаевич.
– Вот что значит культурный человек, интеллигентный... Моей бы Ленке такого... Тогда мне и умереть не страшно... Одна у меня дочка... Вся жизнь теперь в ней...

Разговор прервали не вовремя явившиеся Леночка и Леонид. Маше хотелось и дальше разговаривать с Ильей Николаевичем.

Лена мгновенно сурово взглянула на отца, и он, жалко, потерянно съежившись под ее холодным взглядом, послушно и быстро засеменил в свою комнату.

– Зачем ты так?
– укоризненно спросила Маша.
– Мы так хорошо с ним сидели и болтали...

– Незачем ему тут болтать!
– с неожиданной жесткостью заявила Леночка, стремительно, на глазах, подурневшая от мучившей ее ненависти к отцу.

Леонид разделся и подсел к столу. Запахло вином. Очевидно, они пришлепали вовсе не из театра... Хотя Бройберг вполне мог приложиться и в буфете.

– Мы зря привалили?
– поинтересовался Ленька, быстро схватив с тарелки кусок сыра и ловко отправив его в рот.
– Извини, не знали! В следующий раз будем справляться по телефону, можно ли к тебе заглянуть. Не забывай, что здесь работает закон случайного дорожного попутчика. А лезть в чужие дела я тебе, просто Мария, очень не рекомендую! Это всегда слишком темная, скользкая и неприятная тема. У тебя, насколько я понимаю, хватает своей собственной, сугубо личной неразберихи. Вот с ней и занимайся!

Леночка тоже сняла в передней шубку и безмолвно, тихо, опустив очи долу, появилась на кухне и тут же стала хлопотать.

– Я пойду к себе, - сказала Маша и поднялась.
– Не хочу вам мешать...

– Подожди!
– остановил ее Бройберг.
– Посиди с нами...

Лена глянула настороженно подозрительно, но промолчала.

– Да, - пробормотал Леонид, - здесь мне ничего не обломится... Я это давно понял...

– Здесь тебе все уже давно обломилось!
– отрезала Маша.
– Достаточно заглянуть посмотреть в эти огромные влюбленные глазищи!