— Прости, не понял?

Или его сбивают с толку, или… нет, тут и гадать нечего. Его стараются запутать.

— Если она с ним сцепится, ей не поздоровится, — сказал Джеймс.

— Так и будет. Надо поспешить, — сказал король, — Она знает, где черная лестница. Я попробую перехватить ее там, а ты беги к конюшням.

Джеймс улыбнулся.

— Мы ее поймаем, мой лорд. Но должен сказать, мне хотелось бы взглянуть, как графиня налетит на парня.

— Ох, только не это! Она не знает, с кем может столкнуться.

— Думается мне, у этой леди есть характер.

— Пожалуй, его даже слишком много, и это вредно для ее благополучия. То, что Мордред не любит женщин, всем известно.

— Она заботится о тебе, мой лорд, и это куда больше, чем…

— Замолчи, Джеймс, довольно! Просто помоги мне ее найти.

— Да, мой лорд.

Король побежал к замку. Он заметил улыбку на губах рыцаря, но куда больше его смущало, что его собственные губы растягиваются в усмешке. Изабель против Мордреда. Артур не мог представить, кто победит в этой схватке. Впрочем, мог бы, пожалуй. Там, где речь шла о состязании в слове и хитрости, он бы решительно поставил на графиню. Однако и Мордред не отстал бы, но он предпочел бы использовать оружие похуже.

Мысль о том, что Мордред способен причинить вред графине, заставила его ускорить шаг. Если бастард посмеет поднять руку на Изабель, король сам с ним схватится, наплевав на кровное родство.

Джеймс перехватил Изабель и Гарри на полпути к конюшням. Он раскинул руки и перегородил им дорогу.

Гарри прорычал:

— У меня пациент, который нуждается в помощи!

На его голове красовался зеленый с белым ночной

колпак.

— Да, знаю, — ответил рыцарь.

И тут же схватил за талию графиню, которая попыталась проскользнуть мимо него. Он прижал ее к себе и немало позабавился, уклоняясь от ее кулаков. При этом ему стал понятен интерес его господина к этой пылкой женщине.

— Отпусти Изабель! — потребовал Гарри, дергая Джеймса за руку, — Она графиня!

— Прошу прощения, графиня, — сказал он.

У него могли быть серьезные неприятности только из-за того, что он прикоснулся к ней. Однако он подчинялся лишь одному человеку, и это был его король.

— Прошу, выслушай меня, прежде чем ринуться туда в такой ярости.

Графиня перестала дергаться, но он продолжал держать ее все так же надежно.

— Обещаю, Джеймс, что не помчусь туда раньше тебя, если то, что ты скажешь, окажется достаточно важным и относящимся к делу.

Джеймсу отчаянно хотелось покружиться вместе с нею, прежде чем поставить на землю, но он решил, что король едва ли хорошо отнесется к такой игривости. Он позволил графине встать на ноги.

— Приношу мои извинения, — поклонился он. — Но ты действительно должна сначала кое-что узнать и кое в чем разобраться, а уж потом спешить туда, моя леди.

Что ж, Изабель и сама не прочь была разобраться. Она понимала, что это и в самом деле необходимо, и потому взяла себя в руки.

— Что ж, расскажи мне, Джеймс.

Гарри громко фыркнул, и Изабель поправилась:

— Расскажи нам, Джеймс.

— Это… как сказать… По причине, о которой можно не говорить, между Мордредом и королем когда-то возникла неприязнь, даже вражда. И это — постоянный источник огорчений для моего короля.

Изабель почувствовала, как в ней разгорается огонь. Похоже, он уже готов был вырваться через ноздри или изо рта. Или и так, и эдак.

— Ну и зачем тогда все эти старания остановить меня и не дать пойти туда и врезать этому мелкому дерьму…

— Леди хочет сказать, — поспешил вмешаться Гарри, зажимая Изабель рот ладонью, — что мы не понимаем, почему нам нельзя призвать к порядку этого молодого человека?

Здоровяк покачал встрепанной головой.

— Ну, может, потому, что король любит этого парня, несмотря на то что Мордред просто наслаждается, заставляя своего отца страдать.

Изабель оторвала руку Гарри от своих губ и сердито посмотрела на него.

— Теперь понимаешь, почему я никогда не хотела обзаводиться потомством? Идея мне понятна, — тихо ответил Гарри. — Но я все равно думаю, что из тебя получилась бы превосходная мать.

— Так ты просишь, чтобы я действовала осторожно? — спросила Изабель Джеймса.

— Именно так, графиня. Прошу, предоставь королю самому во всем разобраться. Может быть, тебе уже пора вернуться в свои покои?

Изабель кивнула.

— Может быть. Только черта с два я это сделаю, как говорят у нас в Дюмонте. Я требую, чтобы мой человек Гарри и ты, Джеймс, проводили меня в конюшни.

— Боюсь, могут случиться неприятности, — негромко сказал Джеймс, обращаясь к Гарри.

— Ты и не представляешь какие! — ответил Гарри и получил от Изабель удар локтем в живот, — Ладно, пошли.