Мы промолчали. Что ж тут не понять?

– Значит, так, – продолжал Василий уже более спокойно. – Договоримся сразу. Сначала возбуждается уголовное дело по факту нападения, со всеми формальностями…

– Уже возбуждено, – сказал я. – Милиция их ищет.

– Ну, это они долго будут искать. Потом вы находите нужную больницу и присылаете за ним «скорую». Можно без милиции. Даже лучше без нее. Сами будем его охранять. И прямиком к самому лучшему хирургу, в подготовленную операционную, чтобы Олежка не остался инвалидом на всю оставшуюся жизнь. Только тогда я его отпущу.

– Но у нас почти не осталось времени, – сказал Вадим и тут же об этом пожалел.

– Вам только пуля из него нужна, да? – губы Оли дрожали. – Сам он вам не нужен? Вам на него наплевать, так?

– Оля! – строго сказал Василий. – Прекрати сейчас же.

– Ты же сам только что говорил, что появилась возможность дополнительного расследования, – напомнил я Вадиму.

– Только возможность, – ответил он, – которую еще предстоит превратить в реальность.

– Речь не только обо мне, – негромко сказал Олег. – Речь еще об Олином однокласснике. Она не верит, что он виновен. Сама мне говорила…

Оля махнула рукой и поспешно вышла, вытирая на ходу слезы.

– Вы же понимаете, этот вопрос мы не сможем решить сразу, – сказал я Олегу и Василию. – После пропажи пистолета за вами началась охота, а возможности, судя по всему, у них огромные… Допустим, мы вступили на тропу законности и правопорядка, будучи к тому неготовыми, и тут выяснится, что они нас там уже поджидают. И мы попадем в ловушку. К тому же они, обозленные последними неудачами, готовы на все. У них уже есть свои люди в святая святых Петровки… Они обладают возможностями подслушивания на уровне федеральной контрразведки… Они преспокойно пользуются машиной из правительственного гаража. Не удивлюсь, если они нас здесь выследили. Вдруг окажется, что мы до конца не знаем все их возможности? Так вот, пока нет гарантии, к примеру, что с Олегом ничего не случится на операционном столе, лучше оставить все как есть.

– Это всего лишь предположение? – поспешил успокоить присутствующих Вадим.

– Надо посоветоваться, – сказал я. – И еще раз все обдумать. Надо постараться собрать весь материал… Понять, что происходит, а потом сделать опережающий ход. Времени в обрез, но ничего другого нам не остается.

Вадим посмотрел на часы.

– Пора, – сказал он. – Нас ждут.

– Мы можем забрать пистолет? – спросил я Василия.

– Он целее будет здесь, – мрачно ответил он.

– Перестань… – поморщился Олег. – Им надо сделать баллистическую экспертизу. Где он еще стрелял. И в кого… Чтобы зря время не терять.

– Научили тебя, я смотрю, в твоем охранном агентстве… – проворчал Василий и с неохотой передал мне коробку с пистолетом. При этом испытующе посмотрел мне в глаза.

– Папа, – позвала отца Оля. – Олегу надо отдыхать, а вам пора ехать.

Лев Алексеевич вошел к нам, вопросительно огляделся, потом подошел к Олегу.

– Выздоравливай… – и пожал ему руку.

И вдруг замер, глядя на фотороботы.

– Это кто? – спросил он, указывая на Валеру.

– Один из тех, кто хотел похитить вашу Олю, – сказал я.

– Я понимаю… как его фамилия, имя?

– Знаем только имя, зовут Валерий. И то предположительно. Очень дерзкий, предприимчивый… Наглый. Вы его знаете?

– Валерий? Где-то видел, но не могу вспомнить… И не в качестве бандита я его видел, понимаете? С этим как раз не связано никаких ассоциаций. Скорее, где-то в гостях или на приеме… Нет, не могу вспомнить.

– Он пользуется успехом у женщин, – сказал Вадим. И впился молящим взглядом в отца Оли: ну вспомните хоть что-нибудь!

– Да, пожалуй… – развел он руками. – Что-то такое вспоминается, но где, как, при каких обстоятельствах…

– Он вхож в банки, – напомнил я. – Недавно представился как сотрудник «Конкурент-банка». Такое может быть?

– Вхож в правительственные гаражи, – подсказал Вадим.

– И все-таки в моем восприятии это скорее связано с каким-то официальным приемом, – с трудом припоминал Лев Алексеевич. – Не хочу сказать, что я часто там бываю. Даже напротив, давно уже нигде не был.

Он еще раз молча посмотрел на фоторобот Валеры, потом вернул его мне.

– Когда вспомните, скажете, – сказал я.

С Ириной Федосеевой мы встретились в редакционном кафетерии после того, как заехали на Петровку и сдали там свой трофей – «магнум».

– Вечером после десяти я жду тебя, – тихо сказал мне Вячеслав Иванович с мрачным видом, чтобы его не услышал Вадим. Наверное, не хотел распространяться о своем позоре – предательстве в своем ведомстве.

Он выглядел усталым и очень озабоченным. И довольно равнодушно воспринял нашу удачу, о которой взахлеб рассказал ему Вадим.

Почти такой же озабоченной выглядела Ирина. К тому же она казалась рассеянной и какой-то отсутствующей.