В данном случае судья явно приняла сторону истца, что безмерно меня огорчало. Притом судья Гул'дан обычно ведет дела подчеркнуто нейтрально и действительно старается выносить законные и справедливые решения и приговоры.

Обнаружив уже в первом, подготовительном, заседании, явную ее предвзятость, я сразу предупредила клиентку, что дело нечисто. А та воспылала негодованием и вознамерилась объявить отвод судье. Каких усилий стоило отговорить ее от этого глупого поступка, даже вспоминать страшно. Почему глупого? Потому что отвод заявляется не просто так, для него должны быть очень веские основания. Например, если сторона ссылается на прямую заинтересованность судьи в исходе спора, то необходимо предоставить доказательства таковой заинтересованности (то есть поймать за руку). И даже если все пройдет успешно, не стоит упускать из виду, что другие судьи — коллеги и друзья «отведенного», поэтому вряд ли виновников скандала встретят с распростертыми объятиями. Так что процессуально отвод существует, но на практике почти не встречается.

Теперь же нам с госпожой Ральдиной Ранссон предстояло решить, как защитить ее интересы в предстоящем заседании.

Дело тянулось уже больше года, хотя за это время состоялось только одно судебное заседание (впрочем, это случается нередко). Зато теперь клиентка уже назубок выучила собственную роль, хотя не забывала ее повторять перед каждым визитом в суд, как ребенок повторяет стихи перед утренником.

Наконец все необходимые моменты были оговорены, спорные вопросы прояснены, и я с чувством необыкновенного облегчения проводила клиентку до двери.

Потом залпом выпила предложенный сочувствующей Альбиной кофе и минут десять сидела, прикрыв глаза и растирая виски.

Определенно, с клиентов — гномов следует требовать повышенный гонорар!

По счастью, на сегодня оставался только визит к родителям. Они обычно не лезли в личную жизнь детей, но Тони заварила такую кашу, от вкуса которой было плохо всему семейству. Оставалось надеяться, что со временем она поумнеет, притом не разбив себе лоб. И пусть шансы невелики, я искренне надеюсь, что она будет счастлива, несмотря на поспешность брака. Впрочем, возможно, я сужу предвзято: слишком много таких молодых да ранних прошло перед моими глазами — при разводе, разделе имущества, взыскании алиментов на детей и решении прочих подобных вопросов. «Молодежные» браки распадаются значительно чаще, тем более, если они зарегистрированы «вопреки», а не «для». Надеюсь, Тони станет счастливым исключением.

Так что остаток дня я посвятила попытке примирить родителей и Тони. Теперь мама с папой пытались хотя бы уговорить ее не уезжать из Мидгарда, но тщетно — она уже приняла решение и не намеревалась его менять (по-моему, возможность настоять на своем доставляла ей наслаждение).

Вечер пришлось полностью посвятить работе, ведь требовалось обдумать сведения, сообщенные госпожой Ральдиной, и определиться, как лучше сыграть на новых обстоятельствах.

Почему-то большинство клиентов упорно считает, что работа адвоката — это всего лишь полчаса-час, которые длится заседание. И, разумеется, плата за такую простейшую работу явно несоразмерна! Мало кто задумывается о том, что прежде нужно пять лет учиться, два года стажироваться, а потом еще сдать экзамены и минимум лет пять отработать.

И «небольшая прогулка» в суд подразумевает немалую подготовку: ознакомиться с материалами дела, написать возражение или встречный иск, подготовиться к заседанию самой, подготовить клиента (вплоть до записанных на бумажке ответов на стандартные вопросы и обучения клиента вставать, отвечая на вопросы суда — очень похоже на дрессировку!), а также поговорить со свидетелями, подготовить ходатайства и вопросы свидетелям и т. д.

А уж если вспомнить, что я должна еще и хорошенько подумать над сутью дела, найти все неточности и зацепки…

При этом адвокату норовят вымотать нервы все, начиная от клиентов и заканчивая прокуратурой, поскольку полагают его бездельником.

В общем, хорошая у меня работа!

Что-то за последнее время я сильно устала. Такое впечатление, что как минимум несколько месяцев миновало с благословенной отпускной поры. Накопившаяся усталость не снималась ни долгим сном, ни выходными. Требуется хоть в чем-то отдыхать и душой, и телом, подзаряжаться положительными эмоциями. Сентябрь кружил бесконечной вереницей проблем, и сложно было не погрязнуть в отрицательных жизненных моментах…

Ранним утром настырный телефонный звонок разрушил сладкий сон, в котором фигурировал некий дракон.

— Да… — пробурчала я, на ощупь найдя трезвонящую трубку. С трудом удалось открыть правый глаз. Полшестого! — Кто?

— Я! — выпалили на том конце провода. — Я беременна!

С минуту я пыталась сообразить, кто говорит и почему позвонили именно мне. В конце концов, это мужчин полагается «радовать» подобными сообщениями.

— Хм. — Глубокомысленно произнесла я, пытаясь сообразить, как сбросить звонок.

— Анька, просыпайся! Ты что, не поняла, я беременна! — снова повторил неведомый абонент.

С изрядным опозданием до меня дошло. Анькой меня именовала только лучшая подруга, да и то крайне редко. Требовался весьма значительный повод, чтобы…

Добрая Фригг! Действительно, значительный повод!

— Максим знает? — спросила я, почти проснувшись.

— Нет! — То ли всхлипнула, то ли хмыкнула она. — Я закрылась в туалете и позвонила тебе. Ты мне погадаешь на малыша, ладно?