– Хелен мертва! И не говорите мне, что об убийцах не стоит плакать. Да, вы были правы. Это Хелен была кровавым призраком. И пусть она вела себя так же, как и ее злобный папаша, и убивала уже не только из жажды крови, зато она была очень страстным, ярким человеком, полным огня и...
– Чарльз замолчал, лицо его подернулось печалью.

Молчал и Рик, ему нечего было отвечать на признание Чарльза, не кричать же ему было с радостью: "Я так и знал!"

– А теперь, быстрее выкладывайте все, что вы разузнали. Мне не терпится расправиться с этими грязными старыми хрычовками!
– Чарльз опять был полон гнева.
– Эти ведьма, чтоб им гореть в аду, чего доброго и с Арчи расправятся!
– Чарльз шагал по комнате - видимо, ему не перед кем было вылить свою накипевшую злость и обиду, так как высокое положение не давало возможности для нытья, страха или буйства, которое опять же подразумевало под собой страх.
– Если честно, мистер Рик, я думал, что все эти похищения де Мобреев не очень-то опасны для них. Так как, что уж говорить, они не люди, а потому выдержать могут многое и убить их не так уж легко. Да, смерть графа Хидежа удивила меня, но, если честно, я вздохнул с облегчением - он позорил доброе имя вампира своей необузданностью и чрезмерной, неуемной жаждой крови. Но что могут пострадать Хелен или Арчи, я и предположить не мог! Но эти проклятые, ничтожные мортрии... я, кстати, и не слышал о них до этого.

– До того дня, - вдруг сказал МакКин, - как приехала Полли.

Они посмотрели друг на друга, пытаясь прочесть по глазам то, что думал другой. И вдруг дверь отворилась и в комнату вошла сама Полли, одетая в простое белое платье.

– Я что-то пропустила?

– Только ругань Чарльза, - сказал, улыбнувшись, МакКин, - но вы же хотели отдохнуть.

– Нет, это вы хотели от меня избавиться, - хмыкнула Полли.
– Но я хочу знать то же, что и вы. Сейчас Нил принесет сюда чай, чтобы мы могли подкрепиться.

– Я бы подкрепился чем-нибудь более существенным, - сказал Чарльз, - бутылочку французского урожая 89 года.

– У мистера Бригстоуна тоже неплохие запасы вина, - сказал МакКин, - если хотите...

– Я имел в виду не вино, - хмыкнул Чарльз.

МакКин поморщился, а Полли, улыбнувшись, сказала:

– Не хватает запала революционеров?

– 1789 был хороший, урожайный год. Когда в крови у людей бурлил восторг и жажда революции, силы в них так и кипели.
– Чарльз слегка наклонился к Полли и сказал полушепотом: - Все-таки вы прирожденная вампи...

– Ой, - воскликнула вдруг Полли, - сундук!

Она выбежала из комнаты.

– Что?
– ошарашено проговорил МакКин.

– Ах, это, - лениво протянул Чарльз, - я и забыл про вашу воинственную служанку.

МакКин спросил у него, что все это значит. Чарльз задумался, видимо, не зная, как начать рассказ о своем посещении спальни Полли и стоит ли его вообще озвучивать. Но спустя уже пару минут в комнату вошла запыхавшаяся Полли.

– Её нет, видимо Тереза каким-то чудом освободилась и сбежала из сундука.

– Бойцовая же у вас служанка, - хмыкнул Чарльз, - боюсь даже представить, как вы с ней тут ладили.

– Как я понимаю, кухарка была уволена зря, и Тереза все-таки обнаружила себя и пошла напролом?
– спросил МакКин.

– Именно, - облегченно вздохнула Полли, радуясь, что не надо ничего объяснять МакКину.
– И теперь она сбежала.

– Так вот почему чай у нас подает дворецкий, - вздохнул как-то печально МакКин.

– Я сейчас же отправлю его с письмом к миссис Харрис, - сказала сама себе Полли.

Чарльз поднялся и взялся за трость, собираясь уходить. МакКин ему сказал:

– Если мы что-то обнаружим, то сразу вам сообщим.

– Постойте, - нахмурилась Полли, - у меня вообще-то есть зацепка. Я знаю, кто главная ведьма, скрывающаяся за этими преступлениями. Это двадцатисемилетняя Клара Мельнс.

– Это точно?
– спросил МакКин.
– Тогда я попробую о ней узнать в полиции.

– Кажется, нам повезло. Я знаю о ней!
– воскликнул Чарльз.
– Девять лет назад с этой девицей произошел неприятный скандал. Это было в Суонси, графстве Уэлс. Я как раз в то время жил в тех краях. Бедная девушка, сосланная родителями в деревню, соблазнила местного богатого фермера Грабовски Вите...Ватле...

– Витольда, - подсказала ему Полли.

– Да-да, Витольда Грабовски. У него была плохая репутация, в чем только его не обвиняли - и в падеже скота, и колдовстве.

– Он был самым сильным из черных магов, - сказала Полли.

– Вот именно, был, так как спустя два года его нашли мертвым, а та девушка сбежала в Лондон. Говорят, библиотека его со старинными манускриптами опустела после этого.

– Но это было девять лет назад. Кто она теперь - неизвестно, - сказал МакКин.

– Она является одной из новых фавориток, - ответила Полли, - нам надо лишь проверить их.

– Вообще-то я уже навел справки о всех трех, - сказал МакКин.
– Одна почтенная матрона, мать пятерых детей, вторая - вдова, третья дама жена премьер-министра.

– А сколько лет этой вдове?
– спросила Полли.

МакКин помедлил и сказал:

– Двадцать семь. Это леди Амелия Невилл.

Полли хлопнула в ладоши.

– Это она! В одном из моих визитов к Сьюзен я увидела у неё даму и... Помню Сьюзен, когда дама ушла, сказала, что визит этот странный, так как они лишь пару раз встречались у общих знакомых. Леди Амелия Невилл, рыжая красавица с белоснежной кожей. По словам Сьюзен это был просто визит вежливости...
– тут Полли вспомнила эту рыжеволосую графиню в еще более роскошном платье.
– Она была и на королевском балу. Помню, Сьюзен была вне себя из-за того, что это неприятная непонятно откуда взявшаяся дама теперь стала фавориткой королевы.