— Ладно, не ершись, почему поздно-то?

— У нас вчера утром отряд казачат через Черный лес в поход пошел, к Лику. И сейчас по всем прикидкам должен где-то там и находиться, в районе стрельбы.

— Так… — протянул начальник РОВД, — час от часу не легче. С этого и надо было начинать. С ними связь есть?

— Да там в лесу какая связь? Пробовал я набирать — недоступен.

— В общем, так, ничего не предпринимай. Скоро подъеду.

— Только ты уже не один подъезжай.

— А с кем? — не понял Жигулев.

— С ОМОНом, с кем же еще?

— Посмотрим. В общем жди.

Трубка запикала отбой.

Никита Егорович аккуратно опустил ее на рычаги, посидел, глядя в стол:

— Ну, что думаешь?

Василий Иванович расправил пальцами переносицу:

— Что тут думать? Он, конечно, подъедет, но, скорей всего, один. Надо самим готовиться. Отряд собирать.

Атаман пожевал губами, всмотрелся в окно:

— Ладно. Так и сделаем. Кто у нас сегодня свободен?

Василий Иванович поднял голову, припоминая.

— Нет, ну ты как наивный, право слово, — Семен Семенович Жигулев поднялся и, волнуясь, прошагал по полупустому кабинету участкового из угла в угол, — кто же мне позволит без реальных оснований отряд ОМОНа использовать? Да еще неизвестно где, в лесу! Наши омоновцы если что и умеют, так это недовольных граждан разгонять, причем, в городе. А там лес. Там спецназ надо привлекать, как минимум. А вдруг там банда каких-нибудь ваххабитов? А они не мальчики для битья, между прочим, а волки еще те.

— Прежде всего, там дети. И они, между прочим, в опасности. Это в лучшем случае. — Никита Егорович тоже поднялся и застегнул куртку. — О другом варианте и думать не хочется. В общем, ты, как хочешь, а мы пойдем. У нас в отличие от тебя выбора нет. Там же наши дети, не твои.

Участковый, скромно молчавший все это время, вскочил:

— Никита Егорович, меня возьми, я пойду.

Начальник РОВД взорвался:

— И этот туда же. Ну и что вы там сделаете, без оружия, как вы вообще без официальных прав что-то делать собираетесь? Голову под пули подставите? Так кому от этого польза будет?

— Что ты предлагаешь?

— Что я предлагаю? — Семен Семенович бухнулся на стул у стены, — а то и предлагаю. Сейчас приеду к себе и доложу ситуацию в Краснодар, буду настаивать, чтобы прислали специалистов. Пусть они занимаются.

— Докладывай куда хочешь, а мы больше ждать не можем, — Атаман развернулся к Журавлеву, — ты идешь?

— Иду, — он загремел связкой ключей. Быстро открыл сейф, извлек из него пистолет, заглянул внутрь и достал пачку патронов. — Я готов.

— Пошли.

— Дураки, ох, дураки, — Жигулев возмущенно качнулся на стуле, — хотя запретить я вам не могу, да и не послушаетесь все равно. Ладно, делайте, что решили, а я буду по официальным каналам пробиваться. Дай вам Бог, шишек не набить и живыми вернуться. И с детьми.

Вышли вместе. У крохотного, похожего на железнодорожную будку милицейского пункта горел одинокий фонарь. Атаман поднял голову. На востоке чуть посветлел уголок серого горизонта. Скоро рассвет. С неба по-прежнему сыпало. Мокрый снег сразу таял на раскисшей земле. Широкие лужи растеклись по асфальту. Перепрыгивая водяные линзы, добрались до транспорта. Никита Егорович указал Журавлеву на место впереди. Уселись в машины, одновременно хлопнули дверцами. Атаман резко рванул «Ниву» с места. Позади разворачивался УАЗик Жигулева. И только Жук отъехал от станичного отделения, зазвонил мобильный телефон. Никита Егорович, не останавливаясь, глянул на экран, нажал кнопку. Звонил Куров.

— Слушаю, Иваныч.

— Никита Егорович, тут к тебе Чехерды подъехал, говорит очень срочное дело. Нам не рассказывает.

— Я скоро буду. Пусть ждет.

— Хорошо, — отозвался Чапай и отключился.

Атаман издалека заметил перед шлагбаумом припаркованный старенький «Пассат». Въехал во двор, поставил «Ниву» на стоянку. Отправил Петра Журавлева к «девчонкам», попить чайку, сам прошел к себе.

Дверь в кабинет, как обычно, была распахнута, Чехерды сидел на стуле у стены, комкал кепку, разглядывая свежевыкрашенные половицы пола. Один. Увидев Атамана, спешно поднялся, протянул руку. Жук пожал ладонь:

— А где все наши?

— Ваши с Калашниковым и с Митричем только что ушли куда-то, просили передать, что скоро будут.

— Ясно. — Николай Егорович занял место за столом. — Чехерды, извини, совсем нет времени. Давай покороче, что хотел.

Он уселся, хмуря брови.

— Попробую. Но тут такое дело. Конфликт может разгореться.

— Так, что за конфликт?

Чехерды помялся, колеблясь. Но тут же решился и словно махнул рукой.

— Банда у нас в лесу появилась. Араб какой-то возглавляет. Ваххабиты. Все не наши, грузины, чечены. Слышал, нет, ночью стреляли?