– Как скажете, мой Лорд.

– Ступай.

Закрывая за собой дверь, Люциус не верил, что снова ушел невредимым.

Проходя мимо открытой двери в кабинет, Малфой увидел Белл, сидящую у стола со стаканом огневиски. Войдя, он наложил на дверь запирающее и заглушающее заклятья.

– Люци, ты так скоро? Учитывая, сколько времени ты ломался, я думала, что тебя не отпустят как минимум до утра. Присядешь? Или пока не стоит?

Она захихикала, и Люциус понял, что леди пьяна. К нему полетел стакан с выпивкой, пущенный, казалось, прямо в голову, и Люциус не мог ручаться, что Белл сделала это случайно.

– Ты, наконец, решил поступить как мужчина? То есть, наоборот… - она налила себе еще огневиски.
– Надеюсь, вы не испортили ковер в гостиной?

– Белла, - успокаивающе произнес Малфой.
– у вас есть отрезвляющее?

– А зачем? Я думала, ты, наоборот, захочешь напиться… Что-то ты слишком доволен. Что, понял, сколько времени потерял, отказывая Лорду? Понравилось?

– Белл, зелье нужно тебе. Думаю, Лорд скоро захочет пообщаться.

– Что?
– Белл подавилась огневиски, уставилась на него и расхохоталась, уронив стакан.

– Ушам не верю! Снова? Люци, ты хоть сам сознаешь, что тебе удалось трижды отказать Лорду и остаться при этом целым? Ты сидел там полуголый, на лице - согласие на все, и он снова отпустил тебя? О Мерлин! Знай я его чуть меньше, я бы решила, что он влюблен. Как тебе удалось?.. Нет, не рассказывай, мало ли что… Но Люци, я восхищена! Тебя следовало бы сделать эмблемой Дома Слизерин. Такого скользкого везунчика я еще не встречала.

Белла достала зелье и выпила его. Через несколько секунд взгляд ее сделался озабоченным.

– Так… Тебе не стоит появляться в коридорах, Лорд может пожалеть о своей снисходительности. Уходи и не показывайся как можно дольше, а лучше, уезжайте с Нарциссой на курорт.

– Без разрешения?

– Скажешь потом, что не успел: срочно нужно было сменить климат или обстановку, а пока я пожалуюсь, что Нарси заболела. Уноси ноги, Малфой, и пережди, пока Лорд отвлечется на что-нибудь.

– Скажи по секрету Лорду, что у меня случился нервный срыв, и это Нарси увезла меня.

– Вот как? Значит вызвал жалость? Умница, братик. Нарцисса в надежных руках. Кто бы мог подумать, что Лорд так сентиментален?

– Я бы не стал на это слишком надеяться…

Белла открыла камин в кабинете:

– Отправляйся. Как я от тебя устала! Надеюсь, в следующий раз Лорд тебя залюбит до смерти.

– Тогда я стану приведением, и поселюсь в вашей с Руди спальне. Как долго его самооценка выдержит это?

– То, что останется, если Лорд до тебя доберется, не сможет возбудить никого, так что, береги себя, братик!

– Белл, если бы не Нарцисса, я бы женился на тебе.
– Люциус поцеловал леди руку и уклонился от подзатыльника.

– Люци, если бы не Нарцисса, я давно отравила бы тебя, и жила спокойно.

– Какое счастье, что мы - семья!

Выходя из камина в Малфой-Менор, Люциус чувствовал себя счастливым. До конца действия зелья оставалось еще несколько часов, а значит, уехать они успеют. Портключ у Малфоя имелся, дом на побережье - тоже.

– Милая! Помнишь, ты хотела во Францию? Собирайся, мы едем!

Долгую отлучку на континент Лорд даже одобрил, передав через Беллу приказ слушаться целителей и пожелания скорейшего выздоровления. Люциус наконец, позволил себе расслабиться, не ожидая постоянных вызовов и неприятностей. Но, долго находиться без дела он не привык, поэтому, отдыхая, заключил несколько выгодных договоров и вложил часть денег в маггловские банки, справедливо полагая, что Лорду об этом узнать неоткуда. Там же, набравшись мужества, он рассказал Нарциссе про Орден, и совсем ее не удивил: как не мало она общалась с сестрой, но не обратить внимания на одинаковые метки не могла. Конечно, Люциус не стал рассказывать о своих отношениях с Лордом, но Нарцисса все же была умной женщиной, а в своих стараниях представить ее глупенькой красавицей, он об этом почти позабыл. Нарцисса же всегда помнила, что ее муж нравится не только ей одной. Помолчав немного, она подняла глаза на прекрасный закат над морем:

– Люциус… Если тебе придется спасать свою жизнь, способ меня интересовать не будет.

Люциус молча поцеловал руку своей леди и подумал, что с супругой ему очень повезло.

Эти три месяца были самыми спокойными в жизни Малфоя за последние три года. Однако, вернуться все же пришлось.

Лорд встретил его благосклонно, ласково справившись о здоровье и велев не перенапрягаться. Он, казалось, успокоился: Люциуса снова перестали вызывать на собрания, отчеты требовали почтой, при встречах улыбались вполне любезно.

Люциус же учился на собственных ошибках: основными эмоциями, появлявшимися теперь на его лице, стали равнодушие и раздражение. Казалось, ничто не способно заинтересовать его настолько, чтобы изгнать с прекрасного лица высокомерную усмешку. Он научился прятать свои чувства, заменяя их поддельными: улыбки стали безупречно - светскими, тон - неискренне заинтересованным, сочувствие - презрительно внимательным. За спиной шептались. Иногда Люциус ловил на себе задумчивый взгляд Волдеморта.

* * *