– Люциус, ты пьян?
– наконец спросил Риддл.

– Нет, мой Лорд.
– спокойно ответил Малфой.

– Тогда постарайся объяснить мне вот это.

Люциус подошел и всмотрелся в пергамент.

– Это - данные по последней сделке. Она провалилась.

– И в чем причина этого провала?
– Волдеморт явно начинал сердиться.

– Только в моей ошибке, мой Лорд.

– Вот как?
– Риддл снова пристально вгляделся в Малфоя.
– Похоже, ты не слишком огорчен, а вот я не могу позволить себе потерять такую сумму. И как ты намерен расплачиваться со мной на этот раз?

– Как вы пожелаете, мой Лорд.

Похоже, Лорд ожидал привычной паники, но сегодня все было по другому. Продолжая всматриваться в безмятежное лицо Малфоя, Лорд угрожающе протянул:

– Люциус, ты прекрасно знаешь, чего я желаю.

Люциус, не задумываясь, принялся расстегивать мантию.

– И ты не боишься потерять деньги и уважение супруги?

– Желания моего Лорда для меня важнее денег, а супруга будет молчать, если и дальше захочет оставаться леди Малфой.

Слова вылетали изо рта сами, мозг почти не успевал обдумывать их, но Малфой не волновался: Феликс в его крови давал уверенность, что все идет, как надо. Люциус справился с мантией и сбросил ее на пол. Волдеморт молча смотрел на полураздетого лорда, что-то обдумывая.

– Люциус, чего ты наглотался?
– неожиданно тревожно спросил он.

– Вы обижаете меня, мой Лорд.

– Значит, повзрослел? Или снова какие-то игры? Ты еще не забыл, чем это кончилось для тебя в прошлый раз?

– Я помню, мой Лорд.

– Даже если ты внезапно перестал бояться, неужели ты думаешь, что я не смогу быть достаточно убедителен, чтобы ты испугался вновь?

– Я никогда не сомневался в вас, мой Лорд.

– Так в чем же причина такой перемены?

Малфой шагнул к Волдеморту и опустился на пол у его ног.

– Я устал.

– Что?

– Вы измотали меня, мой Лорд, я не в силах больше бороться.

Люциус глядел в глаза Риддла открытым взглядом, и чувствовал удовольствие от того, что можно больше не лгать. Страха не было, была полная уверенность в том, что все правильно. То, о чем он думал наедине с собой, то, что гордость не позволяла произнести вслух, теперь говорилось легко и беззаботно. Малфою было нечего терять и нечего стесняться. Он говорил правду, улыбаясь, и словно следил за собой из зрительного зала.

Риддл не верил ему, это Люциус видел в его глазах. Он подозревал игру, притворство, он был обеспокоен, и не понимал, что происходит.

– Так ты признаешь свое поражение?

– Да, мой Лорд. Вы победили, я проиграл. Молю вас о снисхождении.

– Стоило ли столько сражаться, чтобы оказаться там же, где был в начале?
– Лорд явно пытался вывести Люциуса из себя, но унизительные слова слетали с губ легко, не затрагивая гордости.

– Я был глуп, горд, самонадеян. Теперь я слаб, измучен и почти мертв.

– Что?

– Я сломан, мой Лорд. Окажите мне милость.
– слезы потекли сами собой.

Люциус ощущал себя актером: он говорил текст, двигался, улыбался и плакал, и в то же время, словно видел себя со стороны и оценивал увиденное.

Слезы оказались к месту: Лорд растерялся.

– Ты просишь меня… о смерти?

– Я ее заслужил.

Люциус спрятал лицо в коленях Лорда, чувствуя прикосновение к волосам. Передышка. Почти сразу его голову подняли, потянув за волосы. Лорд ласково вытер катящиеся слезы и внимательно посмотрел Малфою в глаза. Чувствуя, как заломило виски, Люциус стал вспоминать свои стычки с Лордом, свои ночи у камина в ожидании вызова, свой ужас, бомбарду на свадьбе, но Риддл все не отпускал его, пробираясь дальше. Спасало только то, что Лорд желал быть незаметным - прямого удара Люциус бы не выдержал. Поняв, что скоро Том доберется до Феликс Фелицис, Люциус вспомнил себя у зеркала с бритвой в руке. Лорд задержался, но Малфой понимал, что еще немного, и смерть покажется ему действительно желанной… Дверь распахнулась, и Лорд резко отвернулся, разрывая контакт. Боль ударила так, что Малфой со стоном уронил голову обратно на колени Лорда. Остановившаяся на пороге Белла молча развернулась и закрыла дверь.

– Что с тобой, мой мальчик? Снова голова?

Лорд убрал боль и откинулся в кресле.

– Ты хотя бы осознаешь, что любой, допустивший столько ошибок, уже давно был бы наказан? Почему я все еще терплю тебя?

– Потому что я красив, богат и развлекаю вас?
– Люциус поднял голову, и, неосознанным жестом заложил упавшую прядь волос за ухо.

Зелье заставляло его кокетничать, хотя больше всего ему хотелось бежать.

– Я сказал, что ты повзрослел?
– развеселился Лорд.
– Забудь. Скорее - обнаглел окончательно… Я не отпущу тебя, Люциус, ты все еще нужен мне.
– просиять глазами: счастье!
– И избавься от бритвы. Не стоит портить такую красоту.
– покраснеть, опуская глаза, изумиться.

Кажется, Лорд остался доволен его реакцией.

– Что же мы будем делать с нашими убытками?

– Через месяц я принесу вам вдвое больше.
– небрежно пожал плечами Люциус.

– Я запомню… Встань и оденься. Если тебя увидят, мне снова придется оттаскивать от тебя поклонников. Или, быть может, ты не против подобного внимания ?

– Мне все равно, мой Лорд.
– снова пожал плечами Люциус, одеваясь.

– Знаешь, мальчик мой…мне приятно, глядя на тебя, думать, что ты пока… чист. Запятнанное стекло хочется разбить, а я не отказываю себе в небольших желаниях. Передавай мой поклон леди Малфой. Ей несказанно повезло с супругом. Надеюсь, ты останешься столь же примерным мужем и впредь.