Не давая опомниться, Илай схватил меня за кофту и резким движением отшвырнул в самый дальний угол магазина. Я проехалась на спине, собирая лопатками занозы, и глухо застонала, стукнувшись плечом и головой о деревянную балку. Словно по мне прошлись мелкой теркой. В глазах потемнело. Я свернулась в тугой комок, пытаясь перевести дыхание.

Заставляя себя, я сначала поднялась на колени, а потом, держась за столб, выпрямилась. В голове я слышала свой собственный голос, как будто ссорились две мои сущности. Одна толкала меня вперед, другая жалобно уговаривала остаться здесь. Илай именно поэтому и отшвырнул меня, чтобы обезопасить. Стоило ли лезть, если я могу только отвлекать его?.. А потом я увидела ИХ, и оба голоса разом заткнулись.

Адларик левой рукой схватил Илая за шею, а другую расправил на его груди, словно гигантского паука. Он был гораздо ниже его, но, казалось, это ему не мешало, сила заключалась не в росте. Я с ужасом смотрела на них. Глаза Адларика затянуло мутной пеленой, как туманом, который ядовитыми клубами обвивал сознание Илая. Убийца со страстью и наслаждением смотрел застывшей жертве в глаза, которая не шевелилась, как если бы поставили механическую паузу.

– Илай!!! – треск бьющегося стекла заглушил мой крик.

Резкий ураганный порыв ветра яростно распахнул старую покосившуюся дверь и мощным ударом выбил витринное стекло. Стены вздрогнули. С полок посыпались сотни маленьких статуэток, заполняя магазин громким крещендо.

Адларик отвлекся – и это дало Илаю шанс. Он словно ждал этого, стряхивая с себя онемение. Илай нанес ему мощные удары в корпус. Адларик, отрывая нитки штор, отлетел в мастерскую. Илай бросился за ним, исчезая в дверях.

Позади меня заскулило стекло, рассыпаясь под подошвами уже вставшего Кая. Он двигался на меня четкими движениями, как киборг, с той же ледяной маской на бледном лице. С его разбитого носа, по губам текла темно-бордовая кровь. Я глубоко вдохнула, задерживая воздух внутри, и попятилась назад, пока не уперлась в стену, окруженная пыльными дубовыми полками. Схватила с одной из них статуэтку, напоминавшую черные острые щупальца, воинственно устремленные вверх, и выставила вперед. Руки непослушно дрожали.

Кай победно ухмылялся и уперся грудью в острие. Я зажала глаза, борясь с собой.

«Сделай это!!!» – кричал внутри голос разума, но руки не слушались. Он занес надо мной руку и с силой ударил меня по щеке. Я словно со стороны услышала свой крик, ударяясь виском о край полки. Кровь ослепила меня. Я задыхалась от соленого тошнотворного вкуса во рту.

Кай прыгнул на меня, вжимая в стену. Я вскинула ногу и двинула ему коленом в живот, но это было всё равно, что колотить по каменной глыбе. Он перехватил мои руки и прижал их к стене. Оружие выпало из рук, и осколки последней надежды рассыпалась по полу.

Кай придвинулся ко мне лицом, как для поцелуя, и поймал мой взгляд, его дыхание смердело кровью. Я не могла оторваться от его глаз и почувствовала себя кроликом, которого медленно глотает загипнотизировавший удав. Внутри всё кричало и металось, но я не могла пошевелить даже пальцем, не могла даже моргнуть, а просто послушно смотрела в его призрачно голубые глаза. По щекам покатились слезы – единственное, что сохранило способность к движению. Они закапали на руки, прижимающие меня к стене. Сознание затуманилось. Дышать было практически нечем.

Его глаза сделались ярче, вспыхивая энергией. Кай улыбнулся и начал затягивать воздух, как будто делая глубокий-глубокий вдох. Чем глубже он вдыхал, тем ярче становились его глаза и тем меньше сил оставалось у меня. Если бы он не держал меня крепко за плечи, я бы завалилась на пол. Перед глазами стало темнеть.

Еде-то вдалеке раздался свистящий звук рассекаемого воздуха. Кай икнул, уронил мне голову на грудь и начал медленно сползать. В пробитом черепе торчал наконечник стеклянного подсвечника. Я подняла обессиленный взгляд перед собой. В проходе стоял Илай. Весь в крови и порезах. Его майка была разодрана, а костяшки кулаков превратились в кровавое месиво. Он облегченно выдохнул, когда убедился, что я в порядке, и, шатаясь, пошел ко мне.

Красивые губы тронула легкая улыбка. Он сомкнул руки у себя на затылке и вдруг со стоном изогнулся. У него из спины торчала засаленная рукоятка ножа. Упираясь обеими руками в дверной проем, наклонившись, стоял Адларик. Его лицо напоминало пару фунтов свиного фарша. Он с усилием оттолкнулся ладонями и двинулся к нам.

Илай попытался вытащить нож, но его руки не доставали до того места.

– Вынь его, – прохрипел он.

Я закачала головой. Нет, нет, нет!!! Я не могу! У меня так сильно стучали зубы, что я думала – откушу себе язык.

– Скорее! – крикнул Илай. Адларик был уже в нескольких шагах от него.

Я схватилась за рукоятку, зажала глаза и с силой потянула на себя, ошущая, как лезвие проделывает по живой плоти свой путь. Илай зарычал от боли и, помогая мне, шагнул вперед, оставляя окровавленный нож у меня в руках.

Целясь прямо туда, где только что торчал нож, Адларик занес руку, но Илай увернулся, и удар пришелся в грудь. Он отъехал в сторону, с трудом сохраняя вертикальное положение, и кинулся к Адларик. Илай наклонился и ударил его кулаком в живот, а затем сделал резкий поворот вокруг оси, словно скручиваясь, и отпружинил обратно, закладывая всю силу в удар правой руки, отправивший Адларика на пол. Илай прыгнул на него, как кобра. Вцепившись друг в друга, они с рычанием покатились, круша всё на своем пути. Остатки мебели рассыпались на части, устилая своими обломками уже покрытый осколками пол.