– Ну... это как?

– К примеру, чем тебе не понравилось, что я оплатил обед и покупки в аптеке?

Я замялась, переключившись на откручивание пуговицы с куртки Мэла.

– Потому что становлюсь похожей на попрошайку, тянущую из тебя деньги. Дай на то, дай на сё.

– Эва!
– хмыкнул он и, не сдержавшись, тихо рассмеялся.
– Это крохи того, что я могу дать. Я хочу подарить тебе весь мир.

– Мне не нужен мир, мне нужен ты, - проворчала я, прикорнув на груди Мэла, и почувствовала легкое прикосновение к волосам - поцелуй.

– Ладно, как-нибудь разберемся с твоим альтруизмом.

Пришла моя очередь выслушивать объяснения.

– А почему ты хмурился в кафе?

– Потому что ты не захотела в "Инновацию", потому что вздумала делить расходы... Дама не должна тратить деньги, это делает ее спутник. Так принято.

Принято - не принято. Может, когда-нибудь я стану мыслить по-другому, но пока не могу перестроиться.

– А в общаге почему хмурился?
– задала следующий вопрос и пояснила: - Когда я пришла от стилистки.

Мэл замер, напрягшись. Застыл как скала.

– Я решил, что... Ладно, не бери в голову...

– Нет уж, договаривай. Уходила - всё было хорошо, вернулась - у тебя тучи на лице. Капа ляпнул что-то глупое, да?

– Тучи...
– повторил Мэл и нехотя ответил: - Я ждал и вспоминал... разные моменты - в институте, на приеме, в клубе... В общем, в голову опять полезла всякая чушь. Мне захотелось, чтобы ты показала... чтобы доказала... Прости, если заставил.

– Мэл, - потянулась и поцеловала его, - я не пожалела, и не думай.

– Ну, и хорошо, - выдохнул он и расслабился.
– Значит, едем за сумкой?

– В переулок Первых Аистов. Знаешь, где это?

Мэл хмыкнул:

– Бывал когда-то.

Мы ехали молча. Короткий день заканчивался, солнце давно спряталось за зданиями, спеша уйти за горизонт. Небо, еще светлое на западе, с востока наливалось подступающей темнотой. Здания окрасились иллюминацией, засияли призывные плакаты и вывески, стала заметней немая реклама, крутившаяся на больших экранах. Небоскребы расцветились пока еще редкой "шахматкой" светящихся окон. По проспекту в одном направлении двигались не менее восьми автомобилей - каждый по своей полосе, и пару раз нам пришлось постоять в пробках, правда, недолгих.

Мэл вел машину уверенно, отточенными до автоматизма движениями - не глядя, ворочал рукояткой коробки передач, не глядя, нажимал кнопки на панели. Он любит технику, любит трассу и скорость, - пришло вдруг на ум. Внезапно Мэл, не отрываясь от наблюдения за дорогой, схватил мою ладонь и положил к себе на колено.

– Не убирай, ладно?

– А как же...?
– растерялась я.
– Ведь неудобно...

– Удобно, - заверил он и опроверг сомнения, успевая поворачивать руль и вертеть нужные тумблеры.

Любуясь водителем, признала: я - ужасная собственница. Представила, что раньше рядом с Мэлом сидели другие девчонки, вот также положив руку на его колено, и в голове будто замкнуло клеммы.

Сколько их было - мимолетных и тех, что "на подольше"? Выбирай - не хочу.

Но Мэл выбрал меня.

Мы знакомы с ним от силы месяц, половину которого он либо игнорировал меня, либо допекал, показывая свое висоратское превосходство. Его отец заведует Департаментом правопорядка, который на слуху у каждого гражданина - законопослушного и не очень. Родословная Мэла тянется в генеалогическом справочнике на нескольких страницах. Он привык ни в чем себе не отказывать. Почему же Мэл зациклился на мне, непримечательной девчонке?