– Ба! – Она вскинула руки в воздух в жесте досады. – Бесполезно, это бесполезно. Я расспросить всех, и никто ничего не видеть, никто не заметить, что что-то не так. Это трата моего времени.

Я позволила одному своему плечу дернуться в полупожатии.

– Ага, ладно, у меня есть договор с моей матерью, и я буду его придерживаться. – « Независимо от того, как сильно это убивает меня», тихонько добавила я. – Я сообщу вам, если что-то узнаю.

Абсент сжала на меня свои губы, ее глаза ярко заблестели. Я стояла в футе от ступеней в трейлер, внезапно неспособная двинуться, блокированная на месте этим взглядом. У меня зашевелились волосы, когда я поняла, что она делает. Я смогла почувствовать, ее постепенное проникновение к моему сознанию в попытке найти путь в мой мозг. Я хотела заорать на нее, чтобы она держалась подальше от моей головы, но чувствовала себя так, будто была поймана в большом чане патоки, словно все происходящее вокруг меня было включено в замедленном действии. Паника, тьма и холод охватили меня, когда я смогла ощутить ее скольжение вокруг себя, приближающееся, душащее меня. Она собирается войти, и потом узнать обо мне все! Я не могла вздохнуть; мои легкие не могли набрать в себя хоть немного воздуха. Я ощущала давящую плоскость ее силы, ее способность просто отпихнуть мое слабое сопротивление и прошествовать в мою голову. Все начало становиться серым, когда во мне поднялась волна головокружения.

Нет!– завопил мой мозг.

Фран?

Тепло наполнило меня, ослабляя удавку, которой Абсент удерживала меня, позволяя легким расшириться и всосать крайне необходимый мне воздух. Я вцепилась в это тепло. Бен?

Что-то не так?Он звучал сонным, теплым, уютно-заспанным, как если бы свернулся калачиком на теплой кровати холодным зимним утром. Прикосновение его разума к моему было ободряющим, отодвигающим прочь серое головокружение, укутывающим меня защитой.

Абсент пытается забраться в мой разум. Она узнает обо мне и о тебе тоже.

Она уже знает обо мне. Не волнуйся, она не войдет. Представь себя в герметичной комнате, не имеющей ни входа, ни выхода. Только ты. Представь себя в ней, и у нее не получится забраться в твой разум.

Я сделала глубокий вдох, все еще глазея на Абсент, когда она сделала сильный толчок в мой разум. Мои колени почти подогнулись при нападении. Бен!

Думай о герметичной комнате, Фран.Его голос был настолько успокаивающим, настолько наполненным уверенностью, что помог оттолкнуть часть черной паники прочь. Я представила комнату, сделанную из нержавеющей стали, со всеми закругленными углами, швы которых были заварены. Не было ни трещины, ни какой-нибудь щели, чтобы что-то смогло проникнуть в нее. Она была абсолютно воздухонепроницаема, герметична, и я стояла посредине ее.

Абсент вцепилась, удерживая меня также, словно я рвалась с туго натянутой веревки. Она рычала на немецком, но я ждала рядом, чтобы увидеть, что еще она скажет. Я пролепетала что-то о том, что увижусь с ней позже, и убежала, спасаясь.

Бен?

Он не ответил. Я также не могла почувствовать его. Я не могла ощутить ничего, ни единой вещи. В моем мозгу была только я. Бен, ты злишься на меня, потому что я разбудила тебя? Мне жаль если это так, но я хотела, чтобы ты знал, твоя идея сработала. Абсент не влезла в мою голову. Все теперь в порядке. Гм.

Если только ты не злишься на меня, тогда я полагаю не все в порядке.

Ничего. Nada. Ни единой блаженной вещи. Он даже не думал сердиться на меня, способом, которым он мысленно улыбался.

Я вздохнула и оглянулась. Было мало мест, где можно укрыться, если вы живете на просторном, открытом, заросшем травой лугу с кучей палаток и группой трейлеров. Я понятия не имела, куда шла, но махнула через трейлеры, пока не добралась до одного, с нарисованным золотисто-черным Скандинавским символом. Я постучала в дверь, потом повернула ручку и скользнула внутрь, оборачиваясь через плечо, чтобы удостовериться, что никто не видел, как я вхожу в трейлер Имоджен.

– Имоджен? Ты встала? Мне, в самом деле, нужно поговорить с тобой.

Тени поднялись, солнечный свет косо упал в трейлер, высвечивая остатки рогалика на крошечном столике, так что я сделала вывод, что Имоджен встала и поблизости.

– Ты одета? – я направилась к закрытой двери в ее спальню. – Слушай, у меня есть к тебе вопрос… О, черт меня возьми!

В спальне была не Имоджен, это был Бен. С голой грудью. Сидящий на кровати Имоджен с сонным, удивленным взглядом на лице.

Пока я не двигалась, лучик солнечного света прополз мимо меня в комнату, упав на его обнаженную руку. Он взвизгнул и дернул одеяло вверх, косясь на меня.

– Мне так жаль! – Я попыталась сдвинуться, блокируя солнечный свет, но его только больше проникло вокруг другого моего бока. – Блин, мне жаль, я могу… тупое солнце…

– Войди и закрой дверь, – огрызнулся он. Я заскочила в комнату и хлопнула дверью, закрывая ее за собой.

Что было, когда я поняла что стояла в крошечной тускло освещенной спаленке с голым вампиром, который по-настоящему, реально был взбешен.

Он щелкнул выключателем прикроватной лампы, сталкивая одеяло вниз, чтобы взглянуть на руку. При виде волдырей, что исполосовали ее, я забыла обо всем, что смущало, что он был голым.