необходимую силу к Ядру, натягивая и закручивая энергетическую струну до тех пор,

пока та не обожгла ей пальцы...

Теперь заклинание недействительно, произнес мрачный голос внутри нее, оно

использовало ту версию твоего имени, которая больше не имеет силы. Твое имя

изменилось; ты сама его изменила. Когда прошлой ночью в госпитале ты смотрела на

маму, ты в уме согласилась заплатить мою цену, и поэтому заклинание не работает.

Нита стояла неподвижно, пребывая в шоке и крайнем ужасе. Ей отчаянно хотелось

закричать " Нет! ", но она не могла выдавить ни звука, потому что внезапно осознала с

ужасно кристальной ясностью, что, пусть хотя бы один раз, но Одинокая Сила сказала ей

правду. Тот факт, что заклинание не сработало, только подтвердил это.

И так как я согласилась, я потеряю волшебную силу... и мама все равно умрет.

Стоя здесь с Ядром в руках, Нита окончательно осознала, что она сделала все, что могла,

и ничто на свете не могло хоть в малейшей степени повлиять на сложившуюся ситуацию.

Мир Ниты стремительно рухнул. Она ничего не могла сделать, чтобы унять слезы страха,

горя и отчаяния, сбегавшие по ее лицу.

Она сказала мне, что это не сработает. Что заставило меня считать, что каким-то

образом я сумею все уладить?

– Пралайя?
– спросила она.

– Это за пределами моей компетенции, - сказал Пралайя.
– Хотел бы я помочь тебе, но...

Нита кивнула, но горе начало уступать место гневу.

– Я так и думала, - ответила она, - не слишком-то много от тебя помощи.

Он выглядел пораженным.

– Вряд ли Одинокая Сила предпочитает этот метод остальным, - добавила она, - Она

никогда бы не стала помогать мне хоть в чем-то, если могла бы этого избежать.

Пралайя казался еще более изумленным, чем раньше, если такое вообще было

возможно.

– О чем ты вообще говоришь?

– Ты не в курсе, что живет внутри тебя, - ответила Нита, - но держу пари, ты уже начал

догадываться. Ну, давай же, - она сказала это, зная, что Одинокая слушает, - это тот самый

момент, которого ты ждала, разве нет?

– Без всякого сомнения в исходе, - донесся из окружающей тьмы удовлетворенный

голос.

Одинокая Сила стояла и смотрела на нее; какую-то неуловимую долю секунды Пралайя

существовал с Ней в Ее новой форме. Она выглядела как человек, как молодой красивый

нечеловеческой красотой мужчина, и тени окутывали Ее как плащ. Эти тени достигли

Пралайи, окружили его, втянули, отбивающегося и напуганного, в себя, и он исчез.

– На самом деле, тебе не стоило говорить ему это, - произнес юноша. - Пока он не

понимал, что происходит, у меня была необходимость позволять ему жить. Но ты решила

высказать ему всю правду, после чего он стал для меня бесполезным.

Нита стояла, окаменев от ужаса.

– Ты просто убила его!

– О нет, отнюдь, - ответила Одинокая Сила, - ты это сделала. Неплохое начало, ты была

достаточно сосредоточена на том, чтобы убить кого-нибудь.

Жужжание раковых клеток вокруг Ниты становилось все громче и громче.

– В любом случае, достаточно разговоров о Пралайе; я смогу найти другого

представителя его народа при необходимости. Теперь же обсудим то, о чем Я тебе уже

говорила - они выдержали. Все, что нам теперь нужно - это твой ответ на простой вопрос.

Мы можем заключить сделку?

Нита не могла пошевелиться.

Тут из темноты раздался еще один голос.

– Прекраснейшая и падшая, - произнес Кит, - и снова... приветствую и бросаю вызов.

Понч рядом с ним оскалился и зарычал.

Нита в изумлении уставилась на Кита и Понча. Одинокая Сила одарила их

раздраженным взглядом.

– Опять ты, - сказала Одинокая Сила.
– Что ж, я предполагала, что это случится. Теперь

ты собираешься решить за нее, что ей делать со своей жизнью, не так ли?

У Ниты расширились глаза.

– Похоже, сама мысль о том, что она может сделать что-то без твоего непосредственного