тебе кроется такая трусость.

Волна гнева и смущения, и боли, окатившая Ниту, обожгла ее, словно огнем. Она

открыла было рот, чтобы сказать: " Ты считаешь, что я этого хотела тогда?! Ты

думаешь, что теперь у меня не хватит храбрости? Ну, посмотрим..."

Нита не успела даже пошевелиться, когда что-то прыгнуло сквозь тени и бросилось к

ней на грудь.

Она пошатнулась и упала рядом с одним из бассейнов.

– Нет, - загавкал на нее Понч, - не делай этого!

Нита перевернулась и отпихнула Понча в сторону. Прости, ты хороший пес; я люблю

тебя, но не могу позволить тебе остановить меня. Пока еще есть время, я все еще могу

спасти ее. Нита оттолкнулась от земли, оперлась на руки и колени и снова открыла рот.

Но как только она сделала это, великая тьма, которая окружала все здесь с того момента,

как она пришла сюда, этот внутренний напряженный мрак пришел в движение, обернулся

вокруг нее, сдавливая до потери дыхания, и заговорил:

– Может, я могу сказать что-нибудь по этому поводу?

Эта темнота окружила их всех, даже Одинокую Силу. Но она была темнотой другого

порядка, отличаясь от тех теней, что окутывали Одинокую Силу. Нита внимательно

вгляделась в нее, озадаченная и немного напуганная...

...но затем поняла, что для страха нет причины. Эта темнота была Ните знакома... когда-

то, давным-давно... изнутри. Некоторые воспоминания, подумала она, всплывают только

в особых обстоятельствах. Эта же темнота как ощущение огромного присутствия,

полностью окружающего ее, составляющего весь мир, являющегося всем миром...

– Мамочка? – прошептала Нита.

– Мне есть, что сказать относительно происходящего, - произнес голос, теперь не

просто едва ощутимый, но отчетливо слышимый всем.

– Ничего такого, что имело бы значение, - ответила Одинокая Сила, хотя и несколько

неуверенно.

– О нет, как раз именно только то, что имеет значение, - ответил голос мамы Ниты.

– Слишком поздно, - сказала Одинокая Сила.
– Сделка заключена.

– Ничего подобного, - ответил голос Нитиной мамы.
– Поскольку это моя вселенная, то

здесь ничего не может произойти без моего разрешения.

И мама Ниты встала между Нитой и Одинокой Силой, она выглядела как обычно в своей

футболке и джинсовой юбке, со сложенными на груди руками, ее рыжие волосы сияли

даже в этой полутьме.

– Это мое тело, - сказала мама Ниты.
– И если оно превращается в поле битвы, то давайте

установим правила.

– Для смертной, - сказала Одинокая, - ты поразительно самоуверена. Хотя причины для

этого ничтожны. Ты действительно веришь в то, что тот психолог на полставки говорил

тебе?

– Для бессмертной, - ответила мама Ниты, - ты поразительно глупа. Как выяснилось, тот

терапевт был ближе к истине, чем он сам ожидал. Вот они, эти отвратные маленькие

штучки - точно такие же, как я себе и представляла, - она покосилась в сторону темных

бассейнов, наполненных крохотной смертью. - Даже здесь, в месте, заполненном тьмой,

есть свет... и это мое оружие, не имеет значения, осознает ли это сама тьма или нет. Здесь

и сейчас у меня есть иные источники мужества, более древние, чем доктора. И они

говорят, что ты не можешь приказать противящейся тебе душе.

– Но тела и души - не одно и то же.

– Разве на данном уровне, - сказал Кит, - можно быть уверенной в этом?

После этого повисла слегка нервная тишина.

Мама Ниты бросила взгляд на Ниту через плечо.

– Мы с моей дочерью, - сказала она, - сражаемся в одной битве. Может, я делаю это

более простым способом. Но мы на одной стороне. А ты, если я правильно разглядела

твою природу, вовсе не друг мне. Убирайся с моей территории!

Она говорит о славной битве, подумал Кит. Но речь идет о гораздо большем.

Нита почти задыхалась от напряжения, но у нее промелькнула неожиданная мысль, что