– Папа, не смей сдаваться! Я обязательно что-нибудь придумаю, чтобы дать о себе знать! Ты должен это выдержать ради Лины!

Глаза отца пугали настолько, что внутри уже всё разрывалось от боли и, не достучавшись до него, я подняла голову и закричала, что было сил:

– Эй вы там, наверху! Вы, дающие жизнь и несущие смерть - вы монстры! Мне не жалко своей жизни, но это приносит слишком много горя! Вы бездушные существа, раз забираете самых родных и близких у людей и оставляете их жить на свете с этой чудовищной болью! Ненавижу вас! Если Бог существует, то он злой и жестокий!

– Детка, не говори так, - вмешался старик.
– Не богохульствуй. Смерть это естественно…

– Естественно?!
– зло вскрикнула я и двинулась на него.
– Это естественно в вашем возрасте, а не в двадцать лет! Папа потерял маму, а теперь вот и меня! Это не естественно, а жестоко! Ему очень больно, разве вы не видите? А моя сестричка?! Вы видели, что с ней творится?

– Смерть всегда приносит горе… Они придут в себя, вот увидишь, - заверил старик.
– Время лечит, и боль потери притупляется…

– Замолчите! Не могу больше вас слушать! Боль потери не притупляется, она уходит лишь вглубь, но продолжает мучить каждый день! Я знаю, каково это, потому что мы потеряли маму, когда нас с сестрой было по шесть лет! Моя смерть для них огромный удар, как вы не понимаете?! Если хоть кто-нибудь один не перенесёт этого, то и другой тоже быстро сойдёт в могилу, а так нельзя!

– Каждому даётся тот крест, который он способен вынести. Твои родные помогут друг другу, - печально произнёс старик, но я уже перестала его слушать, потому что папа, поцеловав меня снова в лоб, развернулся и пошёл к двери.

Глядя на его неуверенную походку и сгорбленную спину, я бросилась следом и, юркнув в открытую дверь, собралась уже полететь к сестре, но неожиданно напоролась на невидимую стену, чувствуя, как меня тянет назад.

– Свинство!
– процедила я, вспомнив о привязке к телу и захотелось топнуть ногой.

Мне оставалось только наблюдать, как отец уходит всё дальше и вдруг я ощутила полное опустошение. Оно навалилось как-то сразу, мгновенно и вначале даже показалось, что я не смогу вернуться к своему телу, но заставив себя снова лететь, я подплыла к двери. Протянув руку, чтобы открыть её и не почувствовав ручки, я озадаченно посмотрела на неё, не зная, как теперь действовать и крикнула:

– Эй, а как мне снова зайти?

– Да просто, проходи сквозь дверь, - татуированный наполовину вылез из неё и, поманив пальцем, снова исчез.

– Какой-то бред, - пробормотала я и, зажмурившись, направилась к двери, а когда открыла глаза, увидела своё тело и, подлетев к нему, зависла сверху.

Сил говорить с соседями уже просто не было. Хотелось находиться рядом с отцом и сестрой, или женихом и, думая о них, я ощущала, как по лицу катятся слёзы.

Спустя полтора часа дверь в помещение открылась, и снова появился врач. А рядом с ним шёл помощник отца Кирилл и два незнакомых мужчины.

– Все документы готовы, - сказал патологоанатом.
– Передайте ещё раз мои глубокие соболезнования Борису Анатольевичу.

Кирилл молча посмотрел на него и, кивнув мужчинам на тело, стал складывать мои вещи в пакет.

Поняв, что меня собираются перевезти в похоронное агентство, я посмотрела на своих соседей и тяжело вздохнула. Стало стыдно перед стариком, что я так разговаривала, хотя именно благодаря ему в первые часа смогла взять себя в руки.

– Хочу попросить у вас прощения, что так вела себя, - отводя взгляд, произнесла я.

– Да всё нормально, - произнёс татуированный.
– Ты не слышала, как я маты гнул, когда меня привезли. А ты ведь девица, вот и расчувствовалась.

– Всё хорошо, детка, не переживай. Я всё понимаю, - мягко заверил старик.
– Ты главное крепись. Похороны пройдут и должно стать легче. По крайней мере, надеюсь на это.

– И я надеюсь, - пробормотала я и, увидев, что мужчины, запаковав моё тело в чёрный пакет, направились к выходу, почувствовала, что меня тянет за ними.
– Прощайте!

– Может ещё и свидимся, - вслед бросил старик.
– Нам ещё тридцать восемь дней отведено на земле.

“А мне сорок, и я должна найти хоть какой-то способ утешить родных” - подумала я, лихорадочно ища выход из сложившейся ситуации.

Глава 2.

В похоронном агентстве можно сказать повезло, потому что я оказалась единственным духом, и не пришлось с кем-нибудь общаться. Моё тело положили в специальный шкаф, и всю ночь я прометалась по комнате, думая и переживая о своих близких. А утром в комнату зашёл щуплый старик с помощником, и они принялись готовить тело к похоронам.