Глава 18

Джек погружался в воду, но чувство было как от свободного падения; раскинув руки и ноги, он позволил весу собственного тела увлечь себя в глубину. Поначалу приходилось активно работать ногами, чтобы спуститься пониже, но потом он сосредоточил остатки воздуха в ротовой полости, пытаясь стабилизировать давление в ушах. На языке играл вкус воды - бодрящий, резкий, солоноватый. Внизу раскинулось озерное дно - серое и плоское, ничуть не похожее на рифленую доску морского. Поодаль маячила диковина, которая и поманила его сюда, - очертания древней лодки, наполовину погребенной под слоем или. Внутри пульсировало зеленое свечение, словно кто-то спрятал под илом проблесковый огонек. Он приземлился рядом с лодкой, уперся ногамио в дно, потом погрузил руку в илистую жижу, нашарил светившийся предмет, вытащил его и поднес к глазам.

Его взору предстал сверкающий зеленый самоцвет - оливин или перидот, добытый на острове близ египетского побережья. Камень излучал тепло, пропитывая тело Джека светом. Внезапно на него навалилась тяжелая дремота - как будто он нашел то, чьим поискам посвятил всю жизнь, и теперь ему было некуда больше идти. Теперь ему хотелось одного - встретить мягкие объятия ила и забыться вечным сном. И вдруг он вернулся к реальности, сердце заколотилось как бешеное. Нужно возвращаться на поверхность. Там его ждет нечто еще более прекрасное.

Сжав камень в кулаке, Джек оттолкнулся от дна и устремился навстречу солнечному свету, потоками ниспадавшему с искрящейся озерной глади над головой. "Я спокоен. Меня переполняют силы". Он раз за разом твердил эту мантру, хотя в ней и не было необходимости. Ему полностью хватало кислорода, сделать лишний вдох не тянуло. Но тут он увидел над собой тень моторной лодки. Через борта перегнулись размытые фигуры, внимательно наблюдая за ним. И снова на Джека навалилась тяжесть, от конечностей к самому его нутру прошла зудящая волна. Самоцвет, на дне казавшийся лишь увесистым, стал неподъемным. Над ним склонилось лицо Ребекки, ее длинные волосы распластались по воде. Он потянулся к ней, но камень упрямо тащил на дно. Джек открыл рот, вдохнул - и озеро устремилось ему в легкие, увлекая его в бездну, оставляя лишь чувство ужасающей пустоты. Наверное, из глаз его текли слезы - он не знал. Руки тщетно тянулись к хрупкой фигурке дочери, пока та не растворилась в солнечном свете и не исчезла совсем.

–  Джек, проснись. Катя с Алтаматы возвращаются.

Джека трясла чья-то рука. Вздрогнув, он проснулся и обнаружил себя на переднем пассажирском сиденье джипа. Рядом сидел Костас. По характерному шуршанию Джек догадался, что тот набросил на него спасательное одеяло из дорожной аптечки. Затекшие руки стало покалывать - кровообращение приходило в норму. Он вспомнил, какой холод стоял тут на рассвете - когда они прибыли, на земле еще лежала обильная роса. Выпростав левую руку из-под одеяла, он взглянул на часы. Почти полдень. Ожидание длиось уже три часа, и два из них Джек провел во сне. Сначала они все вместе изучали главу из книги лейтенанта Вуда, описывающую последний этап его путешествия к лазуритовым копям, что затерялись где-то в раскинувшемся сейчас перед ними ущелье. Затем Прадеш отлучился, чтобы вскипятить воду для чая, и Джек "на минутку" закрыл глаза…

Он украдкой взглянул на Костаса. Поверх темной фуфайки тот напялил на себя выцветшую зеленую шинель, ан аголове у него красовался шлем из овечьей шерсти, какие носили советские танкисты. Они оказались не готовы к такому холоду, так что пришлось нацепить старье, которое нашлось в багажнике джипа. Джек стянул одеяло, откашлялся.

–  Извини, я задремал.

–  Заметил. Мне показалось, что забыли выключить двигатель.

–  Я не храплю.

–  Ну что ты, разумеется.

К джипу подошел Прадеш.

–  Вам нужно було немного поспать.
– Капитан тоже щеголял в шерстяном шлеме, к которому добавил зеленый индийский свитер армейского образца. Присев рядом с миниатюрным примусом, он протянул Джеку дымящуюся металлическую кружку: - Свежая заварка. Отборный дарджилинг. У меня всегда под рукой небольшой запас. Это одна из военных традиций, унаследованных нами от британцев. Избавляться от нее что-то не тянет.

–  Спасибо.

Джек бережно взял кружку в руки и откинул взглядом разлегшееся впереди ущелье. За ним вставали Гиндукушские горы - складчатая громада скал и каменных осыпей, мутно-белые склоны и далекие вершины, укутанные снегом. Джек поднес к глазам компактный бинокль, висевший у него на шее. По тропинке, тянувшейся по краю ущелья, спускались Алтаматы и Катя. За ними шагал мужчина в афганской одежде. Опустив бинокль, Джек взглянулл на индийца. Тот одобрительно кивнул. Пока все шло согласно плану. Приземлившись в аэропорту Файзабада, они прямо из самолета пересели на джип. В городе у Джека был старый друг, руководитель одной гуманитарной организации. Он-то и раздобыл для них машину, позаботившись и о том, чтобы на крышу и борта нанесли маркировку TV. Им не хотелось привлекать к себе лишнего внимания, поэтому о помощи со стороны НАТО не могло быть и речи. В регионе базировалась одна из восстановительных групп45 МССБ, но после телефонного разговора с полковником-датчанином они решили обойтись без эскорта. Полковник предупредил их о всех рисках. От нападений талибов не застрахован даже север страны. Однако местный полевой командир имел репутацию независимого человека и до сих пор оставался верен почившему Северному Альянсу. Таких людей нужно задабривать, а не провоцировать. Полковник заверил их, что в случае необходимости за ними вышлют вертолет с медиками, но во всех прочих отношениях им пердстояло полагаться только на себя.

Снова взявшись за бинокль, Джек принялся осматривать противоположный склон ущелья. Не видно ли каких-нибудь бликов, не прячется ли кто-нибудь за камнями? Впрочем, он понимал, что ничего не увидит. Где-то там, в глуби ущелья. Не видно ли каких-нибудь бликов, не прячется ли кто-нибудь за камнями? Впрочем, он понимал, что ничего не увидит. Где-то там, в глуби ущелья, засел тот самый снайпер, который, по мнению Кати, шпионил за ними и в Киргизии. Пока их путь не подошел к концу, пока в их руках не оказался священный для Братства предмет, они в безопасности. Но с каждым шагом их положение будет все уязвимей - и рано или поздно настанет момент, когда убийце надоест тянуть. Джека угнетала собственная беззоцитность, но других вариантов не было, оставалось лишь играть по правилам и надеяться, что им подвернется способ сравнять шансы. Остальные тоже об этом знали. Все зависело от итогов разведки, на которую Катя с Алтаматы отправились два часа назад.

Прадеш сложил примус и убрал в рюкзак.

–  По коням, ребята.

Костас начал вылезать из джипа.

–  И откуда только вы берете такие выражения, прадеш?..

–  Школа армейской инженерии в Форт-Ленард-Вуде, штат Миссури. В прошлом году я проходил шестимесячную стажировку в США.

Костас во все глаза уставился на него.

–  Серьезно? А не встречали там некоего Джима Прэдера?

–  Специалист по подводным технологиям, преподает в Военно-морской академии? Да, я прослушал его курс.