Свечи были уже задуты, желание загадано, а торт почти съеден, когда Аксений вдруг крикнул:

– Полина!

Конрад мгновенно обернулся к манежу, в котором играла девочка. Полины там не было. Она тихонько летела к столу, болтая ручками и ножками, довольная и улыбающаяся. Конрад подхватил её как раз в тот момент, когда слабенькие силы "начинающего мага" иссякли.

И дети, и Данован, которые не знали, что у Полины есть пси-способности, замерли от удивления. Конрад многозначительно сказал Мерлинде:

– Говоришь, через два-три года?

Мерлинда посмотрела на него в неподдельном ужасе, потом сорвалась с места и выбежала из комнаты. Сверху послышался её голос:

– Никки! Пожалуйста, прости меня... Ай!

Грохот и визг заставили Конрада немедленно переместиться наверх. Мерлинда сидела на полу, в огромной мыльной луже. Рядом валялся опрокинутый таз. Ник с тряпкой в руках стоял на стуле, который был придвинут к шкафу, и боялся пошевелиться. Вся его одежда, игрушки и книги в беспорядке валялись на кровати и на полу.

– Что опять, Никки?
– спросил Конрад, с трудом пряча улыбку.

– Я просто подумал, - дрожащим голосом ответил Ник, - что если я буду делать что-нибудь полезное... ну, например, убирать свою комнату, то вы разрешите мне остаться...

Конрад не удержался и фыркнул.

– Мелли, я не хотел, чтобы ты упала, - жалобно добавил Ник.

– Вот что, маленький разбойник, - решительно сказала Мерлинда, поднимаясь и стряхивая с платья мыльную пену, - теперь ты точно останешься со мной. Ты первый мальчишка, из-за которого я села в лужу!

Так уж получилось, что Ник первым обнаружил ещё одну пси-способность Полины. Это произошло весной, накануне свадьбы Конрада и Мерлинды. Он посоветовался с Лизой и Аксением, - близнецов можно было не брать в расчёт, - и все вместе они решили устроить сюрприз своим приёмным родителям.

Немного потренировавшись с Полиной, которая приняла всё за весёлую игру, они едва дождались, когда Конрад вернётся с работы, и сразу потащили и его, и Мерлинду в детскую.

– У нас есть подарок к вашей свадьбе, - торжественно сказала Лиза.

– Только его надо вручить прямо сейчас, иначе сюрприза не получится, - добавил Аксений.

Конрад и Мерлинда немного опешили от такого натиска, но терпеливо ждали, что будет дальше. Ник взял на руки малышку и, подойдя к Мерлинде, спросил:

– Полина, кто это?

Девочка сосредоточенно нахмурилась и сказала:

– Ма-ма.

Мерлинда лишилась дара речи. Но это было ещё не всё.

– А это кто?
– Аксений показал на Конрада.

– Папа, - на секунду задумавшись, выдала Полина.

Конрад судорожно сглотнул, но не смог произнести ни слова.

Аксений, Лиза и Ник наслаждались произведённым эффектом. Близнецы настороженно молчали.

– Мама, - снова позвала Малышка.
– Ма-ма.

Она потянулась к Мерлинде, та подхватила её на руки, прижала к себе и заплакала.

– Мелли, ну что ты, не плачь, - испугался Ник.
– Мы думали, вам будет приятно.

– Вы очень много для нас сделали, - смущённо сказал Аксений, - вы заменили нам родителей. Мы подумали, что Полина может называть вас мамой и папой. Она ведь не помнит своих настоящих родителей и никогда их не узнает. Но если вы против...

– Нет-нет! Что ты!
– воскликнула Мерлинда.
– Просто это так неожиданно... Я никогда не получала подарка лучше этого.

– Я тоже, - подтвердил Конрад.
– Но когда вы успели научить Полину?

– Честно говоря, мы специально её не учили, - пояснила Лиза.
– Ник недавно заметил, что Малышка пытается повторить то, о чём думаешь в её присутствии.

Мерлинда и Конрад переглянулись.

– Конечно, самые простые слова, - сказал Ник.
– Но ведь она у нас девочка сообразительная, так что скоро будет называть вас "папа" и "мама" сознательно.

Близнецы вдруг подошли к Мерлинде и вцепились в подол её платья.

– Что, малыши?
– она передала Полину Конраду и наклонилась к ним.

– Мама?
– недоверчиво произнёс Донат.

– Мама!
– торжествующе подтвердил Бажен.

Старшие дети такого не ожидали, и на Мерлинду уставились сразу три пары широко открытых глаз.

– Ну, они ещё тоже маленькие, - неуверенно сказал Аксений, - наверное, уже всё забыли...

Близнецы были как раз в том детском возрасте, когда младенческая память навсегда уходит в прошлое, и начинается сознательная, осмысленная жизнь. Они уже давно воспринимали Мерлинду и Конрада как мать и отца, и теперь лишь утвердились в своей правоте. И Ник, и Лиза, и Аксений смотрели на них с грустью и легкой завистью. Они знали, что сколько бы времени не прошло, они всё равно будут помнить своих настоящих родителей.