Шрифт:
48
Хоть даже Иов двух друзей имел,Но я скажу — и одного хватаетВ несчастье; при расстройстве наших делНам состраданье плохо помогает.Таков уж человеческий удел:Друзья, как листья, сами отпадают,Когда придет ненастье. Ну так что ж?В таверне друга нового найдешь!49
«Оставьте старых и утешьтесь новым!»Разумно мне советуете вы.Не черепаха я — пред страшным словомЯ никогда не прятал головы.На опыте достаточно суровомЯ изучил приятелей, увы!Но я страдал и жил — и не жалею,Что сделался печальней и умнее! 50
Среди различных форм и формул злаВсего досадней поздние советы,Пророчества вчерашнего числаИ фразы: «Мы предчувствовали это!»Друзей «непоправимые дела»Мы обсуждать умеем по секрету,Припоминая тут же каждый разКакой-нибудь известный всем рассказ.51
Но Аделина обсуждала шалостьХорошенькой подруги потому,Что нежную испытывала жалостьК невинному герою моему.Такое увлеченье, ей казалось,Весьма опасно сердцу и уму;Она его оберегала — все жеОн был на сорок дней ее моложе. 52
Она была еще в годах таких,Когда об этом говорят открытоВсем любопытным, отсылая ихК разрядным книгам предков знаменитых.Из побуждений дружески простыхОна под материнскую защитуВзяла Жуана, искренне гордясь.Что хоть на месяц раньше родилась.53
Ей было далеко еще до года,Который, как давно известно всем,Плотиною поставила природаДля возраста красавиц: двадцать семь!Достигнув рокового перехода,Потом уже не движется совсемСедое Время — и на все расспросыМолчит и ждет, оттачивая косу. 54
Она была беспечно далекаОт зрелости и прочих неприятностей,И ежели держалась свысока,То лишь затем, что так велела знатность ей.Я намекну — беда не велика,Не повредит такая аккуратность ей:От двадцати семи отнимем шестьВот вам лета миледи все как есть.55
В шестнадцать лет она явилась в светеИ вызвала немало восхищений:Как Афродиту, свет ее заметилВ блестящей пене шумных развлечений;А в восемнадцать ей расставил сетиЛюбезный Гименей — лукавый гений,И, будучи от Евы рождена,Адама осчастливила она. 56
Потом она сияла и царилаБез перерыва три зимы подрядИ, как за нею сплетня ни следила,Ни слова не сказала невпопад,Ни одного faux pas [85] не совершила.За этот срок, однако, говорят,Уже имела леди АделинаИ выкидыш, и маленького сына.57
Ее, как рой веселых мотыльков,Скопленье светских франтов окружала,Но ни на миг ей не смутило кровьУ мотыльков ведь не бывает жала;Быть может, вера в «высшую любовь»,Быть может, гордость, — что — то ей мешало.Не все ль равно, раз женщина честна,Какую цель преследует она?85
Ложный шаг (Франц.).
58
Противно о «мотивах» говорить;Так созерцать противно нам бутыли,Из коих — по ошибке, может быть,Хозяева тебя не угостили;Противно мимо стада проходить,Когда оно вздымает тучи пыли;Противно, если пэры трону льстятИ восхваляет трон лауреат.59
В корнях причин не стоит разбираться:Кому охота землю разрешать?Позвольте нам листами любоваться,А желудь, жизнь им давший, забывать!Печально сутью дела заниматьсяИ тайные пружины открывать:«Все страны управляются прескверно!»Сказал однажды мудрый Оксеншерна. 60
Итак, миледи охраняла честьГрафини и невинного Жуана.(Он мог, пожалуй, сразу не учестьОпасностей подобного романа!)У всех народов свой обычай есть,А нашим щепетильным англичанамПрисуще согрешивших не щадитьИ сразу репутации клеймить.61
Сперва милледи меры обсуждала,Как роковой ошибке помешать;Ведь в простоте души она не знала,Что никогда не нужно ограждатьНевинность — ни с костра, ни с пьедесталаЕе нам, бедным смертным, не убрать.Заборчики ж потребны добродетели,Которую страшили бы свидетели. 62
Миледи беспокоив не скандал;Граф был супруг разумно — терпеливыйИ затевать развод едва ли б сталСебе в ущерб, судейским на поживу;Но сильную опасность представлялПылающий ревнивостью драчливойИ склонный позабыть про этикетЗлосчастный Август, лорд Плантагенет.63
Притом графине нравилось самойСчитаться интриганкой, и Цирцеей,И, так сказать, пленительной Чумой,Которая, нисколько не жалеяНесчастных жертв, из прихоти пустойЖестокой забавляется затеейЧарует, замораживает, жжетИ, главное, свободы не дает!