Шрифт:
89
И притчи и стихи способны лгать,Хотя иной раз могут быть правдивы,А басня может нравы исправлять,Клеймя пороки очень справедливо.Но кто поможет сущее познать?Философы? Они всегда кичливы!Религия? Возможно, если знать,Какой из сект разумней доверять.90
Конечно, каждый может ошибаться.А впрочем, может быть, и каждый прав.Спаси нас боже! Трудно продвигаться,В тумане маяка не распознав.Пора пророку новому занятьсяЗащитой смелых догматов и прав;Изношенные мненья, в самом деле,За два тысячелетья потускнели. 91
Но для чего запутался и яВ тенетах метафизики? Не мне лиПротивна эта вся галиматья?Безумье и судьба мне повелелиО косяки загадок бытияНапрасно биться лбом. ОсточертелиМне все проблемы эти навсегда;К терпимости я склонен, господа!92
Теолог я умеренный (не скрою!),Пресвитерьянец и мыслитель, право.Умеренно люблю я Тир и Трою,Как Элдон, судия сей величавый.О доле низших классов я пороюТолкую Джону Булю очень здраво,И, словно Гекла, кровь кипит моя,Коль произвол тиранов вижу я. 93
Политику, религию, смирениеВы встретите не раз в стихах моих;Я придаю огромное значениеМоральной пользе диспутов таких.Я публике устроил развлечениеИз разных философских заливных.Желая угодить любому праву, яЗагробной вас попотчую приправою.94
От споров я отрекся, видит бог!Теперь ни на какое искушеньеПоддаться бы я, кажется, не мог;Я полное предвижу исправленье.А то читатель к музе очень строг:Опасными слывут ее сужденья,Хотя она едва ли злее техСудей, чей труд велик, да мал успех. 95
Ты веришь ли, читатель, в привиденья?Конечно, нет! Ты хмуришься? Так что ж!Тревоги и приятные волненьяТы в этой пестрой повести найдешь.Я говорю без всякого глумленья,Что этот мир таинственный — не ложь;Я веские имею основаньяУверовать в его существованье.96
Серьезно? Вы смеетесь?! Как же быть!А я предпочитаю улыбаться.Ведь, право же, могу я допустить,Что призраки способны появляться!Я не хочу об этом говорить,Чтоб на знакомство к ним не навязаться;Сам Гоббс в себе души не замечал,А посещенья мертвых ощущал. 97
Я ночью эти песни сочиняюТо как сова, а то как соловей.Минервы птица мрачная и злаяНад рукописью кружится моей;Со старых стен, кольчугами сверкая,Глядят портреты умерших людей,И угольки в камине слабо тлеют,И мысли постепенно цепенеют.98
И посему (хотя при свете дняЯ не привык писать) иные думыБывают в яркий полдень у меня;Но полночи холодной мрак угрюмыйМеня смущает, сердце леденя,Мне бредятся таинственные шумы…Кто знал такое состоянье, тотПусть это суеверьем назовет! 99
Меж двух миров, на грани смутной тайныМерцает жизни странная звезда.Как наши знанья бедны и случайны!Как многое сокрыто навсегда!Прилив столетий темный и бескрайныйСмывает грани, толпы и года,Лишь мертвых царств угрюмые могилыВ пространствах мира высятся уныло.ПЕСНЬ ШЕСТНАДЦАТАЯ
1
Учили персы юношей при КиреСтрелять из лука, ездить на конеИ правду говорить. И в новом миреМы это всё усвоили вполне;Конечно — лук в музее, а не в тире,Но конный спорт — по-прежнему в цене,А что до Правды — то сия наукаИз моды вышла, как… стрела из лука. 2
Эффект дефекта этого велик,Но сам «эффект сугубо дефективен»,А почему — судить я не привык;Одно лишь вам скажу: пусть я наивен,Пусть часто заблуждаюсь, но языкПатетики фальшивой мне противенУже не раз предупреждал вас я,Что муза очень искренна моя.3
Ее неотразимые сужденьяЧастенько бьют не в бровь, а прямо в глаз,И горьким, вместо сладкого варенья,Она гостей попотчует не раз,Зато правдивы все ее творенья;Мы пишем с ней, предупреждаю вас,Чтоб вы на нас и впредь не обижались«De rebus cunctis et quibusdam aliis» [110] 110
«Обо всех вещах и еще о некоторых других» (лат.)
4
Весьма правдивым будет мой рассказРассказ о привиденьях, как ни странно,И даже без особенных прикрас!Но кто постичь способен смысл туманныйЯвлений тех, что окружают насНам скептики мешают постоянно;Но рот давно пора закрыть тому,Кто б возражал Колумбу самому.5
В легендах и преданьях историческихНам рассказали Монмут и ТурпинО случаях чудесных и мистических,Реальных не имеющих причинВсего искусней критиков скептическихОпровергал блаженный АвгустинКакими бы их воэраженья ни былиСвоим упрямым «quia impossibile» [111] 111
«Ибо невозможно» (лат.)