Шрифт:
5
Играли волны, ветер пробегал,Торжественно вдали синели горы,От Азии Европу отделялПоток могучий пенного Босфора,И открывалась за грядою скалСедая даль эвксинского простораИ злой прибой. Из всех морских пучинОпаснейшая — все — таки Эвксин!6
Стояла осень; ночи нарастаютВ такую пору и темнеют дни,И беспощадно Парки обрываютРыбачьи жизни. О, не мы одни,Когда нас буря в море настигает,Исправиться клянемся искони!Но мертвый клятвы выполнить не в силахА спасшийся, глядишь, — и позабыл их. 7
На рынке было множество рабовРазличных наций. Сумрачно стоялиПродрогшие бедняги у столбов,Друзей, родных, свободу вспоминали,Кляли свой плен со скрежетом зубов,Лишь негры, как философы, молчалиИ огорчались меньше всех других:Семь шкур уж, не раз спускали с них8
Мой Дон-Жуан, по молодости лет,Превратности встречать бы должен смело,Но грустно он глядел на белый светИ смахивал слезинки то и дело.Он ослабел от раны, спору нет,А может быть, душа его болела:Объятья милой на ярмо рабаСменить — едва ль завидная судьба! 9
Такое бы и стоика сломало,А он держался твердо как — никак,И вся его осанка подтверждала,Что он и дворянин и не бедняк.Притом его одежда привлекалаБарышников и попросту зевак:Прикидывали опытные люди,Что выкуп за него хороший будет.10
Итак, базар невольничий пестрелТо белыми, то черными телами,И, выбирая кто и что хотел,Купцы как будто рылись в старом хламе.Герой мой молча в сторону смотрел,Но тут мужчина с серыми глазами,Лет тридцати, еще в расцвете сил,Его вниманье — вдруг остановил. 11
Имел он статный рост и крупный нос,Румянец свежий при отличной коже,Красивый отблеск вьющихся волос,Хороший лоб, и рот, и зубы тоже.Он, видимо, немало перенесИ ранен был, но не утратил все жеТого sang-froid, [32] с которым истый бриттБесстрастно на вселенную глядит.12
Он тоже сразу обратил вниманьеНа юношу, прекрасного собой,И, ощутив подобье состраданья,Чужой тотчас же занялся судьбой.Он пригляделся к этому созданью,Еще не искушенному борьбой,И угадал живых страстей кипеньеИ полнее отсутствие терпенья.32
Хладнокровие (франц.).
13
«Послушайте-ка, юноша! СейчасВ толпе рабов, несчастной и презренной,Куда судьба забросила и нас,Одни лишь мы, пожалуй, джентльмены!А потому в такой опасный часДолжны мы быть знакомы непременно.Я буду вам полезен, может быть.Вы кто по крови, я хотел спросить?»14
Жуан сказал: «Испанец!» Тот ответил:«Я так и знал, что вы не жалкий грек,Ваш гордый взгляд я сразу же заметил.Что ж! На фортуну жаловаться грех,Причудница играет всем на свете:Сейчас — удар, а через час — успех.Она со мной не лучше поступила,Но, признаюсь, меня не удивила!» 15
«Простите, сэр, — Жуан его спросил,Что привело вас в это состоянье?»«Шесть турок, цепь и превосходство сил!»«Простите мне нескромное желаньеУзнать, откуда вы?» — «О, я служилВ войсках у русских: получил заданьеСуворова взять Видин, а взамен,Как видите, был взят врагами в плен».16
«А есть у вас друзья?» — «Помилуй бог!Они меня покамест не тревожат!Ну вот, я рассказал вам все, что мог,Теперь и вы расскажете, быть может?»«Увы, исполнен горестных тревогРассказ мой долгий! Боль мне сердце гложет!»«Тогда молчите: горестный рассказ,Коль долог он, печальней во сто раз. 17
Не падайте же духом! В ваши годыФортуна, как любовница, мила;Взвалить на вас все беды и невзгодыОна никак надолго не могла.Нельзя сердиться на закон природы;Превратны наши судьбы и дела!Смиримся же; таков рассудка голос:Серпа желаньям не перечит колос!»18
«О, я грущу не о судьбе своей!Вздохнул Жуан. — Я плачу о любимой!»И в темной глубине его очейБлеснула боль тоски неутолимой.«О, как сильна печаль души моей!О, как жесток мой рок неумолимый!Я перенес такое, видит бог,Чего никто бы вынести не мог! 19
Я страшную утрату испытал!..»И он умолк, расплакаться не смея.«Я так и думал, — друг его скачал,Что ваш печальный случай связан с нею:Я тоже слезы лил и трепетал,А посему сочувствовать умею.Одна моя супруга умерла,Другая убежала, в чем была.20
А третья…» — «Как, — Жуан воскликнул,третья?Вы в тридцать лет имели уж троих?»«А много ли для нашего столетья?Ведь только две, как видите, в живых!Притом успел сердечно пожалеть яИ осчастливить каждую из них!»«Ну, третья что ж? Она сбежала тоже?»«Нет, тут уж я сбежал, прости мне боже!»