Мать, конечно, периодически будет ставиться в известность, что происходит в жизни её любимой дочери, но постфактум и без лишних деталей.

Утренний город прекрасен. Если отбросить поправку на духоту, то жить вполне можно. Энн решила пройтись до дополнительного офиса

пешком, всего полчаса размеренного, неторопливого шага с пристальным разглядыванием витрин и всевозможных закоулков на предмет опасности. Девушка и подумать не могла, как это смотрится со стороны, но прохожие под ее взглядом почему-то чувствовали себя неуютно. И это не могло не привлечь внимания Анны. Спохватившись, она надела темные очки, но помогло мало.

Создавалось ощущение, что под ее сканирующим обзором людей бьет слабыми, едва ощутимыми разрядами тока. Инстинктивно прохожие сторонились, сами не понимая почему.

Дополнительный офис «Лодж Инк.» ничем не выделялся из общей архитектуры центра города. Тот же серый, с черными вкраплениями, камень, зеркальные стекла, отражающие утреннюю хмарь. Все как обычно за исключением вывески с логотипом, который не было принято лепить словно ярлык на всех остальных зданиях.

При виде этого знака большинство людей морщились, скрывая отвращение и отворачиваясь. Корпорации никто не любит, а Лодж Инкорпорейтед — вдвойне.

Все это выглядело комично с точки зрения здравого смысла: употребляя в пищу свежие овощи, человек не испытывает ненависти к фермерам. Но покупая эти же самые продукты в супермаркете с логотипом «Лодж Инк.», почему-то возникает лютая ненависть, хотя, по сути, те, кто выращивал эти овощи — те же самые фермеры.

Собственники семьи Лодж никогда не вкладывались в малоприбыльные проекты, но и не игнорировали рынок. В определенный момент они стали крупнейшими ритейлерами Империи, локализуя и перераспределяя ресурсы между многочисленными колониями. Не бесплатно, естественно.

Насколько знала Энн из открытых источников, семейство Лодж, владеющее ключевым пакетом акций, с большой охотой вкладывались в технологии: медицина и оптимизация нейросети, безопасные системы ИИ, развитие транспортных систем и многое, многое другое, до чего у государства то ли руки не доходили, то ли мозг.

Презирать того, кто стрижет с тебя прибыль это естественно и здорово. Наверное. У Анны было совсем другое мнение по этому поводу.

Социальные лифты работали, девушка не раз убеждалась в этом на собственной шкуре. С другой стороны, большинство действительно эффективных и коротких дорог были открыты не всем по причине того, что зачастую требовали, во-первых, значительных усилий и самодисциплины, а, во-вторых, оптимизированной работы головы, так как готовая таблетка счастья действовала недолго. Один, проторивший себе дорожку в светлое будущее, обязательно вел за собой тысячи тех, кто желал точно так же. Канал закрывался, кто не успел или не смог, оставался на том же уровне.

Фурри второй раз помог Энн в этой жизни. Первый, когда вытянул ее из бездны самобичевания и мрачных мыслей, вселив в себе уверенность и показав радость жизни. Второй, когда подсказал ей путь наименьшего

сопротивления. Одного она не могла простить этому ублюдку. То, как он ушел.

— Мне нужна свобода, отпусти меня.

Никаких объяснений и обвинений, просто спокойная просьба отпустить. Конечно же, она отпустила. Но какой пустотой это обернулось после. Вроде и не при чем они, а с другой стороны, мать и Фурри — те двое в черном списке, кто нанес ей самые большие травмы. И, как любой человек, вкусивший боль, если он разумен, больше никогда не подойдет близко к ее источнику, так и для Энн была противна мысль о том, что она ещё не раз увидится с Фурри.

Стеклянные, отполированные до блеска створки главного входа в офис расступились и Анна оказалась в холле.

Помещение встретило легкой, волнующей прохладой. Чуть замешкавшись, Энн сориентировалась и направилась к ресепшену, за которым стоял сотрудник в фирменной спецодежде. Как поняла девушка, охранник.

— Здравствуйте, Энн Миддл, — представилась она.

Человек кинул на нее короткий взгляд и на несколько секунд его глаза полностью лишились блеска — пролистывал виртуальные списки.

— Да, — после короткой паузы ответил охранник. — Четвертый этаж, студия 9. Лифт, — он указал рукой на неприметный в окружающей обстановке квадрат.

Анна усмехнулась. К — конспирация.

В случае если здание посетит посторонний человек с нехорошими целями, вряд ли он быстро найдет путь на второй этаж.

Её же зрение сразу заподозрило что-то неладное в указанном квадрате. Потому Энн не стала долго разглядывать у ресепшена чудеса инженерной мысли, а уверенным шагом направилась именно туда.

«Запрос синхронизации» Да/Нет

Анна открыла доступ к данным, скрывать было нечего.

Створки поползли в стороны, Энн шагнула навстречу нутру угрюмо-пафосного лифта. Интересно, может по пути еще и анализы возьмет?

Интерфейс запросил этаж, Энн механически ответила.

Ноги почувствовали еле слабый толчок, лифт двинулся вверх почти бесшумно. Девушка успела различить свежий озоновый аромат, слабый, но узнаваемый. К чему бы это? Дезинфекция? Мрачный каменный гроб раскрылся длинным коридором, залитым хмурой утренней серостью.