Глава 29

У меня внутри все задрожало, и подогнулись колени. И от голоса и от прикосновения. И словно время остановилось, и звуки исчезли от этого его тихого «Маша». Я подняла подбородок и моргнула, глядя, как ко мне приближаются темные глаза…

Неужели я куда-то спешила и что-то хотела? Не помню. Сейчас мне хотелось одного – остаться у этих глаз в плену.

– Эй, Машка, ты собралась? Все выключила? Я уже! Давай до остановки провожу! – за спиной Гордеева хлопнула дверь, и в офис из коридора заглянул Юрка.

Меня притянуло к Димке, как магнитом, и так же стремительно отбросило назад.

– Ой, Дмитрий Александрович? Вы вернулись? – удивился Шляпкин, заметив начальство, и виновато оглянулся в сторону подсобки, из которой за ним тянулся шлейф аромата кофе. – А мы тут с Малинкиной того… - он неуверенно кивнул в сторону.

– Чего того? – глухо сглотнул Гордеев.

Я стояла ни жива ни мертва, прижав сумку к груди и затаив вдох. Еще какая-то секунда, и Юрке бы открылась совершенно другая картина, в которой мы бы точно его не заметили. И вряд ли бы потом мне удалось переубедить друга в том, что ему все показалось.

– Так это… Задержались немного, говорю, на благо родного отдела. Вдвоем.

Губы Димки поджались.

– Но уже уходим! Правда, Маша?

Я очнулась. Еще как уходим! Проскользнула мимо Гордеева к двери и надела пуховик. Дернула Юрку за собой.

– Да! До свидания, Дмитрий Александрович! До завтра!

– Странный он какой-то, - заметил Шляпкин, когда мы остановились с ним возле лифта и оба выдохнули. – Как будто не рад, что мы остались. А сам на планерке что пел? Сроки, сроки! Доверие заказчика прежде всего! Его-то это однозначно должно устраивать, разве нет?

– Не в нас дело, Юр. Ты разве не слышал, о чем Галанина говорила? У них ссора с главным. Мы тут обижаемся с тобой, а вдруг там у них все серьезно? Может, он пострадать в отдел вернулся, а ему помешали.

– Может и так, конечно. Просто мне показалось…

– Что?

– Что ему не понравилось то, что мы вместе, - озадаченно хмыкнул Юрка.

Я сначала икнула, а потом натянуто хихикнула.

– Да ты что? Ему-то какое дело? Где он и где мы! Это же «ГБГ-проект»! Да мы с тобой здесь вообще этот как его… офисный планктон, вот! Сдались мы Гордееву!

Шляпкин вдруг толкнул меня локтем в бок, и я замолчала. Притихнув, оглянулась.

За нами стоял Димка и смотрел на меня. Так втроем и вошли в лифт. В лифте Юрка попытался схохмить, чтобы разрядить обстановку, но ничего не получилось – сейчас от Гордеева веяло холодом без тепла и анекдот он не понял. Когда вышли из здания компании, мы со Шляпкиным повернули к остановке. Там и распрощались. Юрка сел в маршрутку, а я запрыгнула в переполненный автобус и уже через десять минут бежала по обледеневшей тропинке к детскому саду – к ночи морозец стал заметно кусать за щеки. Ох, кажется, сейчас и мне от воспитателя влетит!

Как я и боялась, в дежурной группе остались только мои малинки. Хорошо, что уже собранные и одетые дети ждали на игровой площадке, бегая по снегу друг за дружкой вокруг горки. Там их и забрала. Поймав за руки, поправила шапки, проверила носы, подтянула шарфики и заторопилась бегом к выходу. Споткнулась вдруг, увидев за воротами детского сада знакомый автомобиль Гордеева.

Или показалось? Сердце предательски трепыхнулось.

Нет, не показалось. Димка вышел из черного «Porsche» и широко распахнул перед нами заднюю дверь.

– Садись, Малина. Отвезу вас домой, поздно уже.

И вроде бы спокойно сказал, а так, что и не поспоришь. Словно мы все еще находились в пределах офиса.

И как он меня нашел? За автобусом ехал, что ли? Или случайно?

– Дима, спасибо, но мы сами.

– Садись, Маша, не морозь детей!

Малинки с любопытством вскинули головки, когда Гордеев забрал у меня сумку и спрятал внутрь салона. Застыли, ожидая моего решения.

– Ладно, залезайте! – разрешила детям. (Ну, не спорить же с Димкой на их глазах). Взглянув строго на шефа, и сама села сзади. – Нам сегодня повезло. Нас сегодня домой дядя Дима подвезет.

Дядя Дима закрыл дверь, обошел свой Porsche и сел за руль. Мягко вырулил автомобиль на проспект и поехал знакомой дорогой.

– Ух ты, мам! Здесь так тепло! – с восторгом пискнула Дашка. Сиденье было мягкое, удобное и дочка с удовольствием хлопала по нему ладошками.