— Дело в том, что наш знакомый художник когда-то нарисовал картину. После чего она попала к Ивану Мехлису. Так вот, мы как раз разыскиваем художника, автора той картины. Хотелось бы узнать, где он сейчас, — пояснил Валентин.

— Нам и самим хотелось бы найти хозяев лавки, чтобы задать им кое-какие вопросы. Сегодня утром позвонили прохожие, — дверь лавки была взломана, судя по всему, ограбление.

— А что говорит Лора, подруга хозяина?

— Ее мы тоже не можем найти.

— А что в лавке пропало?

— Да на первый взгляд — ничего. В том-то и штука. Визуально — все вещи на своих местах. Витрины не разбиты, картины — на стенах. Выходит, опять хулиганство или неудачная попытка ограбления.

Валентин и Иванка молча переглянулись.

— Но это только на первый взгляд, — продолжал Михаил, заметив этот мимолетный взгляд. — Да, на первый. А на второй… Это уже второе за последние сутки, казалось бы, “бессмысленное” вторжение в чужое помещение. Первое — было пару дней назад на известной вам улице в известном вам доме. Тоже на первый взгляд такое же бессмысленное… когда вроде ничего не украли. Странное совпадение, вы не находите? — глаза его были вполне серьезны.

И в то время, когда Иванка всем своим видом старалась изобразить святую невинность, Валентин решил взять на себя ответственность и рассказать все Михаилу начистоту.

— Знаешь, у нас… то есть, у Иванки все же обнаружилась пропажа… После той попытки проникновения в квартиру, мы обнаружили, что пропала картина.

— Так? — оживился Михаил.

— Пропала картина кисти Николая Мая “Око Дракона”. Мы это обнаружили это только вчера… то есть, вернее, уже сегодня.

— Подождите, — Миша сделал им знак не уходить.

Попросив коллег опечатать дверь, вызвать слесаря и поставить временный замок в дверь магазина, Михаил отправился продолжать разговор с друзьями в более тихое место.

Они расположились в маленьком полупустом уличном кафе, заказали кофе.

— Итак, вы обнаружили, что у Иванки пропала картина. Но почему обнаружили только сегодня? — начал Михаил.

— Три дня назад я получила ее в подарок и еще не успела повесить на стену, — перебила Валентина Иванка. — А потом, уходя, Гуруджи зачем-то засунул ее за шкаф. Ему показалось, что там она будет в большей сохранности. А я поначалу, не найдя ее решив, что ее украл взломщик.

— А я, впрочем, ничему не удивляюсь, зная ваш бесшабашный характер и хаотически сложный образ жизни.

— Творческий, — резонно возразила Иванка то ли про характер, то ли про образ жизни.

— Ладно, проехали, — сказал Михаил. — Значит, и Валдису есть что рассказать об этой картине? Кстати, а к нему она как попала? Он купил ее у Ивана Мехлиса?

— Почти… Точнее, Валдис “достал” её у Мехлиса, ты же знаешь Валдиса?.

— Да, видел. Еще тот фрукт. А что вы понимается под словом “достал”? Одолжил? Получил в подарок?

— Ох уж эти полицейские формалисты, — пробурчала Иванка. — Достал, купил, стащил… какая разница?

— Да нет же, не стащил… жена, то есть, подруга Мехлиса, отдала Валдису эту картину за долги Ивана. А сам Мехлис пропал несколько дней назад, очевидно, спасаясь от кредиторов, — постарался прояснить ситуацию Валентин.

— Так, — Михаил что-то записал себе в блокнот. — Придется встретиться и с Валдисом.

— Да, кстати, — Валентин счел нужным посвятить Мишу в детали событий, — то недавнее нападение на Валдиса тоже было, скорее всего, именно из-за этой картины. Он возвращался домой с пустой сумкой… вернее, сумкой, заполненной старыми журналами. Нападавшие решили, что в сумке — та самая картина.

— Все интереснее и интереснее, — отозвался Михаил. — Что же вы до сих пор молчали?

— Так ведь все это только наши предположения. Поначалу мы думали, что нападение на Валдиса — просто хулиганство, — пояснила Иванка. — Ну а потом кто-то вломился ко мне в квартиру, и мы, не обнаружив картины дома, решили, что ее украли эти же неизвестные. Но потом, все сопоставив и проанализировав, пришли к выводу, что между нападением на Гуруджи и этим взломом есть какая-то связь.

— В любом расследовании важен профессиональный подход: логика, анализ, синтез, дедукция, а также опыт, — наставительно разъяснил Михаил. — К примеру, сегодняшние взломщики также не взяли в квартире ничего: деньги, драгоценности на месте.

— Вот и мы о том же! — воскликнула Иванка. — Они, эти воры, сначала хотели украсть картину у Валдиса, — но ее у него не оказалось. Они, проследив, где чаще всего бывает Гуруджи, — вломились ко мне, надеясь ее найти в моей квартире. Тут они ее тоже не нашли. Валдис засунул ее за шкаф, чтоб она не валялась без присмотра. Вот они и пошли назад по этой цепочке — к Мехлису, то есть, туда, где картина была до Гуруджи.

— Значит, эта ваша «заколдованная» картина, как вы утверждаете, стала источником проблем для всех вас? Причем, о самом художнике вам ничего не известно, он тоже куда-то свалил. В общем, во всем виновата эта картина-фантом, картина-тайна, вечно куда-то пропадающая. Вам дай волю, вы такого нафантазируете!