Комиссар впал в лирическое настроение, и работа застопорилась. Фухе было лень заниматься бесконечными случаями нарушения гангстерами финансовой дисциплины, неуплаты ими налогов с каждого дела и регулированием размера взяток чинам поголовной полиции. Разговор с Конгом разбередил душу комиссара, ставшего под старость несколько сентиментальным. Наконец он плюнул на дела, вызвал уборщицу Мадлен и, велев ей приступить к исполнению обязанностей начальника отдела, направил свои стопы в молочный бар "Крот", где как раз в это время должны были получить свежий кумыс, который очень нравился привередливому комиссару. Но забыться не пришлось: у стойки бара Фухе был пойман двумя репортерами.

– Господин комиссар,- затараторил один из них,- несколько слов для "Полицай тудэй"... Что вы чувствуете перед этой исторической поездкой?

– Изжогу,- мрачно ответил Фухе, с грустью вспоминая свое грозное пресс-папье, проломившее череп не одному нахалу.

– Но, господин Фухе,- подхватил второй газетчик,- всего несколько слов...

– А катитесь-ка вы!
– попросил Фухе и отвернулся.

2. ТРЕТЬЯ БОМБА

В четверть первого следующего дня сверкающий "крайслер" доставил Фухе и Конга прямо к трапу "Боинга-737", летевшего в Париж. Эскорт мотоциклистов просигналил на прощание и отбыл, а старые приятели неторопливо двинулись к самолету. Внезапно сзади загрохотали гусеницы, и к самолету резво подполз здоровенный танк с могучей лазерной пушкой. Люк открылся, и два офицера в парадной форме вытащили наружу седого сгорбленного старикашку в кителе, сплошь увешанном орденами и медалями.

– Хе-хе!
– произнес старикашка, когда ноги его коснулись земли.
– Не опоздали, стало быть? Ну, спасибо, мальчики, хе-хе, уважили ветерана! Можете, хе-хе, и по домам отправляться!

Офицеры отсалютовали, влезли в танк, и вскоре рокот боевой машины стих вдали. Прибывший старикашка валкой походочкой направился к стоявшим у трапа Конгу и Фухе.

– А вот и мы,- заскрипел вояка.
– На месте, хе-хе, герои? Ну здорово, молодцы, давно, хе-хе, не виделись!

– Здравия желаю!
– отчеканил Конг и по давней привычке принял строевую стойку.

– Здоров, фельдмаршал!
– произнес Фухе.
– Еще не рассыпался, старина?

– Скриплю, скриплю!
– добродушно согласился фельдмаршал Кальдер и потряс своей сухой лапкой ручищи детективов.
– Мне одному без вас, хе-хе, на суд праведный отправляться как-то скучно. Вместе, хе-хе, грешили, вместе и страдать на небесной, стало быть, вахте гауптической будем. Ну, полетели, что ли, соколики?

Соколики тактично и ненавязчиво подхватили бравого фельдмаршала под ручки и повели к трапу. Вдруг из открытого люка повалили наружу пассажиры, только что забравшиеся в салон. Вслед за ними мчались стюардессы, за стюардессами резвым галопом неслись члены экипажа, а завершал забег потный толстяк в мятой форме - офицер службы безопасности.

– Эй!
– гаркнул Конг, ловя толстяка за штанину.
– Вы чего это?

– Бомба, господа!
– пробулькал толстяк и сделал попытку удалиться.

– Нет, стой!
– распорядился Конг.
– Как это бомба? А ты куда смотрел, скотина?

– Так ведь... господин Конг... две бомбы вынули, пока машина заправлялась... Одну сикхскую, а вторую ирландскую...

– Так снимайте и третью!
– приказал Конг.

– Она не снимается!
– с ужасом прошептал толстяк.
– Боюсь, это он, это Леонард!

– Черт!
– помрачнел Конг.
– Этак мы опоздаем!

– Эй ты!
– вмешался Фухе.
– Бомбу осмотрели? Какая она?

– На полцентнера, господин комиссар,- сообщил офицер.

– Не о том спрашиваю, дурак!
– прервал его Фухе.
– С часовым механизмом?

– Да! Взрыв через четыре часа!

– А сколько лету до Парижа?

– Т-три часа...

– А там есть специалисты, которые бы эту дрянь обезвредили?

– К-конечно, господин комиссар, в Париже все есть!

– Гм... Тогда надо лететь и побыстрее,- решил Фухе.

– Вы, надеюсь, шутите?
– побледнел страж безопасности.

– Ничуть,- ответил Фухе.
– Эй, носильщик, грузи манатки!

– А что?
– сказал Конг.
– Это мысль. Летим! А ты, болван,- это относилось к офицеру,- звони в Париж, пусть шлют специалистов прямо в Орли. Грузись, ребята!

– Но с вами его превосходительство господин фельдмаршал! упорствовал офицер.

– Не волнуйтесь, молодой человек!
– вступил в разговор Кальдер.
– Я человек, хе-хе, привычный, не раз на бомбовозиках, хе-хе, рейсы делал. Пошли, мальчики!

Вскоре все трое заняли места. Соблазненные их примером, пассажиры вернулись в машину.

– Можно взлетать?
– спросил командир корабля у Кальдера.

– Можно, сынок, можно,- добродушно разрешил старикашка.
– Только беда - бомба полцентнера весит, лишний бензинчик, хе-хе, уйдет. Так ты уж, сынок, парашютик свой и товарищей своих оставь дома. Без этих, хе-хе, мешков полетим веселее. И соблазну меньше будет, когда ты в полете вдруг, хе-хе, о плохом подумаешь! А то что мы без тебя, хе-хе, делать будем?