Шрифт:
– А это, э-э-э, прошу знакомиться, господин э-э-э, Конг, он нам не помешает, скорее, э-э-э, поможет.
Верзила, названный Конгом, лениво протянул инспектору огромную лапищу и буркнул:
– Аксель.
– Ф-фердинанд,- неуверенно представился Фухе.
– Оч-чень приятно.
– А мне не очень,- недружелюбно промолвил Конг.
– Тоже мне, поплавок!
– Почему поплавок?
– удивился Фухе, но министр поспешил вмешаться:
– Не обращайте внимания, господин, э-э-э, Фухе, наш Аксель большой, э-э-э, оригинал, но очень хороший специалист.
– В чем?
– подумал Фухе, но министр, не давая себя прервать, продолжал:
– Мы хорошо вас знаем, господин, э-э-э, Фухе. Да-да, за все время прохождения вами стажировки мы все следили за вами, э-э-э, очень внимательно. Нам очень, э-э-э, понравилось, как вы раскрыли дело с кражей, э-э-э, трех пустых бутылок из буфета ресторана "Филадельфия". Мы в восторге и от вашей операции в, э-э-э, парке аббатства Во...
"Это что же было?
– подумал Фухе, поражаясь осведомленности министра.
– Ах да, это когда мы вдвоем с де Билом скрутили какого-то пьяницу!"
– Эти операции,- продолжал министр,- наполняют наше сердце гордостью за доблестную поголовную полицию, где растет такая смена! Я горд, господа!
– и министр промокнул навернувшуюся слезу платком.
Фухе и сам был готов расплакаться от умиления, но успел, однако, заметить, что Аксель Конг скорчил при этих словах самую ехидную рожу и еще раз буркнул: "У-у, поплавок!" Поэтому инспектор решил держаться настороже.
– Мой дорогой господин Фухе,- продолжал заливаться соловьем министр, - вам, восходящей, э-э-э, звезде нашей поголовной полиции, да, только вам, мы можем поручить очень трудное и опасное дело...
"Вот оно!" - понял Фухе и превратился в слух.
– Дело это необыкновенно важно и касается главных вопросов безопасности нашей великой, хотя и нейтральной державы. Случилось так, господин, э-э-э, Фухе, что несколько дней назад у нас был проездом некий, э-э-э, господин Отто Скорфани. Он немец, э-э-э, инструктор по альпинизму. Он гостил два дня в нашей столице, мы за ним, признаться, э-э-э, и не следили, как вдруг, как вдруг...
Министр подошел к столу, трясущейся от волнения рукой налил воды из стакана и, булькая, выпил.
– Этот Скорфани,- несколько успокоившись, продолжил он,воспользовавшись благодушием некоторых, э-э-э, нерадивых чинов поголовной полиции, совершил черное преступление. Два дня назад он проник в отель "Глория" и похитил там... Впрочем, даже сейчас я не рискну назвать вам то, что было похищено. Итак, мой юный друг, на вас, только на вас возлагается эта опасная и ответственная миссия - найти негодяя Скорфани и вернуть похищенное!
– А-а где он сейчас?
– тут же уточнил Фухе.
Министр и Конг переглянулись.
– Э-э-э, Скорфани сейчас в Германии, точнее, в маленьком городишке на германо-польской границе. Как бишь его? Маленький такой город...
– Гляйвиц,- подсказал Конг и отчего-то мрачно ухмыльнулся.
– Да-да!
– обрадовался министр.
– Гляйвиц!
– Но ведь это Германия!
– поразился Фухе.
– Там ведь германская полиция, юрисдикция, гестапо, наконец!
– Мой друг!
– величественно произнес министр.
– Родина вправе требовать от своих сынов невозможного. И она требует этого от вас! Найдите! Найдите и верните нашей стране ее национальное достояние!
– Но что вернуть-то?
– спросил окончательно сбитый с толку инспектор.
Министр оглянулся по сторонам, приблизил губы к самому уху Фухе и что-то ему прошептал.
6. ДРУГ-ПРИЯТЕЛЬ АЛЕКС
Дюмон усадил инспектора за столик в самом темном углу столь любимого сотрудниками поголовной полиции бара "Крот" и взял два виски.
– Ты, надеюсь, все понял?
– решительно спросил он у Фухе.
– К-конечно, господин Дюмон, министр мне так все хорошо объяснил...
– То-то! У нас любят понятливых. Ну, будем!
Детективы опрокинули по рюмке и закурили.
– Ага!
– обрадовался Дюмон.
– Дымишь, малец!
– Так точно!
– отрапортовал Фухе и затянулся "Синей птицей".
– Ну вот,- продолжал Дюмон,- вылетаешь завтра, билет тебе взяли до Берлина, а там есть местная линия до Гляйвица. Командировочные получишь сегодня же.
– Спасибо, шеф!
– обрадовался инспектор, зная, что командировочными полицейских не балуют.
– Цени, малец! И оправдай доверие!
– Так точно! Но... позвольте вопрос...