Идти к Мэриан с пустыми руками мне не хотелось, и я понёс ей свой будильник. И снова шок. Вошёл, конечно, постучавшись, - и тотчас пулей выскочил. Она сидела на унитазе. С Мирандой такое вообразить было невозможно!

– Ты хоть бы шторку задёрнула!

– Чего? Не слышу!

– Шторку!!! Задёрни!!!

Чуть глотку не надорвал.

– Уже можно войти?

– Нет!

...................................................................................................................

– А теперь?

– Нет!

Часы в руках помогли мне точно узнать, сколько я проторчал во внешнем помещении, пока красавица справляла нужду - двенадцать с половиной минут.

Наконец я на пороге с распахнутой дверью за спиной.

– Какая, - говорю, - гадость!

– А куда деваться, если приспичило? С природой не поспоришь.

– Шторка же есть. Закрывайся хотя бы.

– Ладно. Завтрак скоро?

– Ты, милочка, слишком много ешь.

– Ха! Это ты меня откармливаешь, как поросёнка. Давай поменьше. А то ведь недоедать невежливо. Баба Роза, если мы с тарелок всё до крошки не слизывали, даже слезу от обиды пускала и брюзжала, что мы невоспитанные.

– Я вот часы тебе нашёл. Календарь куплю, как в город поеду. Еду сюда принести или там поешь?

– Без разницы.

Завтракать мы пошли на кухню. Я сказал, что больше трёх штук кукурузных хлопьев в ложку брать некрасиво. Что я не намерен её за здорово живёшь деликатесами пичкать, она должна что-то делать тоже. И не картошку чистить или посуду мыть, а умственно развиваться, грамоту хотя бы подтянуть, книжки умные читать. Тут выяснилось, что Сэлинджера она уже прикончила. Быстро ты, - говорю.

– Ночью как-то не спалось. Странно, что никуда бежать не надо. Прям курорт.

Зато у меня забот полон рот. Отнёс ей в подвал полный чайник, бутылку молока, пачку крекеров.

– Вот тебе провизия. Меня может долго не быть, ведь надо и календарь, и в кино, и с письмом разобраться...

– И в аптеку заскочи, от запора что-нибудь...

– Блин! Хватит уже про всю эту... физиологию!

– Ладно-ладно, не хочешь - не покупай. Ты здесь главный.

Хоть кол на голове теши! Ничего не понимает!

Всё-таки я проваландался с ней почти до полудня, а дорогу снегом занесло, ехать пришлось медленно. На ранний сеанс "Доктора Нета" я опоздал. Оставил фургон у кинотеатора, где припарковался, пошёл пешком. Погода была ясная, но холодная, и мне приятно было то и дело греться: сначала на почте, потом в аптеке, хотя продавщица там чем-то напоминала Мейбл, потом в писчебумажной лавке, где я набрал кучу всего: календарь, блокнот, шариковых ручек, потом в банк - снял немного налички на всякий пожарный. Полгорода обогнул. Как говорится, бешеной собаке семь вёрст - не крюк.

Плохо, что начало нового сеанса снова пропустил.

Ну, ничего, думаю, весь день почти впереди. Не посидеть ли мне прям как человеку в ресторане? Нашёл самый расфуфыренный. Швейцарец на входе даже на меня взгляд косой уронил - чтоб ему так косым весь век и прошастать. Заказал я там какую-то рыбу, лобстера что ли. Его делали так долго, словно, пока я читал меню, он ещё плавал по Баренцовому морю и грыз кораллы. А время поджимало. Наконец я почитай целиком запихнул в рот бело-розовую тушку и поскакал в кино. И никаких вам чаевых, буржуи!

Успел!

Билет достался в самой середине зала. Дожёвываю лобстера, глотаю и - о, стыд!
– желудок набряк и разразился отрыжкой. Тут, дамы и господа, я уверовал в Божью милость, ибо в самый момент моего утробного позора с экрана зарычал лев и заглушил, ну, почти... Соседи по бокам от меня, наверное, решили, что будет фильм со стереозвуком.

Фильм и вправду оказался занимательный. Никогда бы не подумал только, что разведчики - такие легкомысленные люди. Может, это комедия? Нет, тут же убийства и всякие опасности... Смотрю, внимательно, стараюсь всё запомнить. Но лента и до середины не дошла, как случилась катастрофа. Не понимаю, что на меня накатило, но там был такой эпизод, когда на спящего шпиона под угрожающую музыку заполз подсунутый врагами паук-птицеед, не самый крупный, но вполне взрослый. Человек проснулся в ужасе, но не шевелится, только потом обливается и глаза выкатывает. Паук с него, конечно, слез, а Бонд давай его ботинком на полу колошматить. По сюжету, тот мохнатый должен был как бы его убить, а мы, зрители, должны этому верить. И я не утерпел, вскочил и кричу: