Она с явным неодобрением фыркнула в сторону Андарны.

– Минутку. Так Андарна – твоя? – Ксейден сделал шаг к Сгаэль, и такого голоса у него я еще никогда не слышала. Он был… обижен. – Ты два года скрывала от меня детеныша?

«Не говори глупостей, – Сгаэль обдала его воздухом, растрепав волосы. – Думаешь, я бы разрешила своему птенцу вступать в связь?»

«Ее родители скончались раньше, чем она вылупилась», – ответил Тэйрн.

У меня упало сердце.

– О, мне жаль, Андарна.

«У меня много старших», – ответила она, словно это все компенсировало, но я сама лишилась отца… и я знала, что вовсе не компенсирует.

«Видимо, недостаточно много, чтобы удержать тебя от Молотьбы, – пророкотал Тэйрн. – Перьехвосты не связываются, потому что их силы слишком непредсказуемы. Нестабильны».

– Непредсказуемы? – переспросил Ксейден.

«Ты бы не доверил печать младенцу, правильно, командир?» – буркнул Тэйрн, в то время как Андарна привалилась к его лапе.

– Боги, нет. Я ее с трудом сдерживал весь первый год учебы. – Ксейден покачал головой.

Странно было слышать, чтобы он что-то не контролировал. Проклятье, да я бы многое отдала, чтобы посмотреть, как он теряет контроль. Быть той, с кем он его потеряет. Нет. Эту мысль я тут же задушила в зародыше.

«Вот именно. Связь позволяет слишком юным передавать дар напрямую, и всадник легко может их опустошить и выжечь».

– Да я бы никогда!.. – я покачала головой.

«Поэтому я и выбрала тебя».

Андарна ластилась к лапе Тэйрна. Как же я раньше не замечала? Ее круглые глаза, лапы…

«Ты бы и не заметила. Перьехвосты не должны показываться людям», – сказал Тэйрн, покосившись на свою пару.

Та даже глаза закатывать не стала.

– Если бы высшее командование знало, что всадники могут отнимать дары, а не полагаться на свои печати… – произнес Ксейден, глядя на Андарну.

У той все больше тяжелели веки.

– Ее бы поймали, – тихо договорила я.

«Вот почему вам нельзя рассказывать, кто она, – сказала Сгаэль. – Надеюсь, она повзрослеет, когда ты уже выпустишься из квадранта, а старшие теперь будут… уже строже присматривать за перьехвостами».

– Не расскажу, – пообещала я. – Андарна, спасибо. Хоть я и не знаю, как ты меня спасла.

«Я остановила время, – она распахнула пасть в очередном смачном зевке. – Но только на чуточку».

Стоп. Что? Мое сердце ушло в пятки, и я уставилась в золотые глаза Андарны, забыв о боли, твердой земле под ногами, даже потребности дышать, пока по мне прокатывается шок, смывая логику.

Никто не может останавливать время. Ничто. Это… неслыханно.

– Что она сказала? – спросил Ксейден, схватив меня за плечи.

Тэйрн зарокотал и обдал нас обоих паром.

«Лучше убери руки от всадницы», – предупредила Сгаэль.

Ксейден ослабил хватку, но продолжал меня поддерживать.

– Объясни, что она сказала. Пожалуйста.

Он поджал губы – и я поняла, как непросто ему далось последнее слово.

– Она может приостанавливать время, – выдавила я, с трудом выговаривая слова. – Ненадолго.

Ксейден обмяк, и впервые он не выглядел как стоический смертоносный командир крыла, которого я встретила на парапете. В полнейшем шоке он перевел взгляд на Андарну:

– Ты можешь останавливать время?

«А теперь можем мы обе».

Она медленно моргнула, и я почувствовала расходящуюся от нее усталость. Передача этого дара тяжело ей обошлась. Она с трудом держала глаза открытыми.

– Ненадолго, – прошептала я.

– Ненадолго, – повторил Ксейден, словно впитывая информацию.

– И если я перестараюсь, могу тебя убить, – тихо сказала я.

«Нас, – она встала на все четыре лапы. – Но я знаю, что не убьешь».

«Я сделаю все, чтобы быть достойной».

Возможные последствия этого дара, этой исключительной силы пошатнули меня, словно смертельный удар, в животе словно дыру пробили.

– Теперь профессор Карр убьет и меня?