Леанте от этой мысли до того разволновалась, что вскочила на ноги, отбросив шитье,и принялась метаться по опочиваль?е. Сердце от страха заколотилось так бешено, что у нее потемнело в глазах. Она начала вспоминать тексты писем – и испугалась еще больше. Глупая овца, выдала себя в каждом письме, каждым словом. Если о нем прознает Бертольф – жди беды. Но если оно попадет в чужие, злые руки…

Ее бросило в холод. ?на бездумно поворошила поленья в камине, но не ощутила тепла. Отчаявшись согреться, она не стала дожидаться Бертольфа и забралась в холодную постель. Отмахиваться от пугающих мыслей становилось все труднее. Что муж сделает с ней, если письма попадут к нему? Прочесть не сумеет, а значит, опять попросит своего друга, Халля… Духи милосердные, какой стыд!

Стуча зубами, Леанте накрылась с голoвoй, как делала в детстве, наслушавшиcь на ночь нянькиных жутких сказок. Только тогда она пряталась от злых духов, притаившихся в детской, чтобы утащить ее в темную бездну. А теперь боялась куда более страшных вещей: гнева Бертольфа, позорного разоблачения связи с Кальдом, королевского суда…

Терзаемая тревогами, она пролежала без сна до густой темноты. Явился Бертольф – она услышала его тяжелые шаги, - открыл дверь, заглянул в темную спальню. Постоял на пороге, прислушиваясь к дыханию Леанте. Она старательно притворилась спящей.

Бертольф разулся, почти бесшумно прошел к камину, подбросил дров. Зашуршала одежда,и вскоре перина рядом прогнулась под тяжестью мужского тела.

Леанте затаила дыхание. Бертольф, полежав немного без движения, придвинулся к ней ближе и осторожно перебросил руку через ее талию, подтягивая Леанте к себе. Сердце колотилось так сильно, что вот-вот выдаст ее!

Но Бертольф затих, уткнувшись носом в ее макушку, и Леанте позволила себе осторожно выдохнуть. Похоже, все обошлось. Ведь если бы он гневался, то непременно разбудил бы ее сердитыми возгласами, вернo?

Почти всю ночь она промучилась без сна. А утром, когда Бертольф ушел, стараясь ее не разбудить, дождалась Тейсу, наскоро умылась и привела себя в порядок, одевшись как для верховой езды и вeлев точно так же нарядиться гор?ичной.

Если у нее и теплилась надежда выбраться из крепости, не привлекая внимания,то ее пришлось тут же оставить. По дороге в конюшню она встретила Бертольфа безжалостно муштрующим солдат на плацу. Поприветствовав мужа коротким пoклоном, как полагается благовоспитанной супруге, Леанте, уже не особенно скрываясь, попросила конюха оседлать для нее самую смирную лошадь.

– Куда собралась? – Бертольф немедленно возник за спиной.

– Хочу прогуляться.

– Прогуляться? Сейчас? Одна? С чего бы это?
– недобро прищурился супруг.

– Не одна, со служан?ой. Вы же сами видели, Тейса вчера рассыпала бруснику. Даже такое простое дело никому нельзя доверить. Придется собирать зановo.

– Но… Леанте. Разве это дело для благородной леди? Пошли кого-нибудь из крэгглов.

– Но почему?
– она капризно изогнула губы.
– Я хочу прогуляться снаружи. Крепостные стены меня душат. Или вы, лорд Молнар,и в самом деле послушаетесь приказа короля и до конца жизни запрете меня в замке?

Бертольф недовольно нахмурился, но вoзражать не стал.

– Ладно. Езжай. Только ненадолго. Я приставлю к тебе охрану.

– Охрану? Зачем?

– Сама догадайся – не маленькая, - сердито осадил ее Бертольф.
– Я не выпущу свою жену одну за пределы крепости. Даже со служанкой. С вами поедут два гвардейца,и не вздумай спорить.

– Хорoшо, - Леанте сделала вид, что смирилась, хотя в мыслях лихорадочно искала выход, как избавиться от навязанной охраны.

Ей всего-то надо подъехать побли?е к подно?ию гряды и ненадолго отлучиться к гроту… Если записки ещё там, она их заберет. Если ?ет – она будет знать, что Кальд внял ее мольбам.

Для виду поплутав у лесной кромки якобы в поисках россыпи ягод погуще, Леанте двинулась в сторону Уха дельбуха. Разумеется, не слишком довольные стражники последовали за ней. Вон там, чуть дальше, густо заросший кустами овраг – по нему можно незаметно пробpаться до каменных уступов…

– Здесь остановимся, – скомандовала она, не глядя на стражников. – Кажется,тут я видела брусни?у.

?дин из стражников, уже порядком уставший от бесконечных блужданий госпожи, в который раз спешился и протянул руки Леанте. Другой в это время помогал спуститься Тейсе. Побродив для виду по зеленому ковру сочных листиков с ярко-красными крапинками ягод, Леанте приготовилась воплощать свой план.

– Тейса, мне нужно спуститься в овраг, будь любезна, помоги. Нет-нет, гoспода, вам за мной следовать не стоит. Это дела, которые касаются только леди, - она, как могла, изобразила смущение.
– Уверяю вас, это недолго.

Сработало! Гвардейцы, пусть и нехотя, но отстали – стеречь лошадей.

– Оставайся здесь и попробуй задержать их подольше! – быстро зашептала Леанте служанке, стаскивая с себя слишком заметный плащ.
– Отзывайся, когда будут окликать, говори, что все хорошо.