Они вышли из храма, обошли толпу возле фонтана для омовения и по гравийной дорожке углубились в парк. Здесь народу было немного: день выдался пасмурный, с просторов Дао-Рао дул порывистый ветер. Они миновали аллею, где кроны деревьев смыкались над головой, и вышли к зеленому лабиринту. Он представлял собой сеть дорожек, обрамленных высоким, выше человеческого роста, вечнозеленым кустарником. В недрах лабиринта были разбросаны беседки, в которых обычно уединялись молодые парочки. Сет-Дар сам пару раз приходили сюда с Тианой на выходных.

Отца Сайласа они обнаружили в дальнем конце лабиринта. Огромным секатором он подравнивал кусты.

— Добрый день, отец Сайлас, — поздоровался Теон.

Священник обернулся. Он был чуть старше аркаирского механика. Загорелое лицо южанина с широкими скулами, крупный нос, гладко выбритые щеки и подбородок. Черные волосы коротко подстрижены, на висках пробивалась седина, а на голове намечалась лысина. Он был одет в простую светло-серую рясу, подпоясанную красным поясом — знак отличия священников Огненного Умы. Отец Сайлас дежурно улыбнулся и вперил в незнакомцев взгляд черных внимательных глаз.

— День добрый, господа. Да прибудет с вами Ума, — голос у священника был мягкий и приятный. — Чем могу служить?

— Меня зовут Теон, моего друга Сет-Дар. Мы хотели бы передать привет от Торуса.

— Торуса? Простите, не понимаю, о ком речь, — голос Сайласа не изменился, но брови непроизвольно сдвинулись, и Сет-Дар уловил в лице священника что-то знакомое.

— Я понимаю вашу осторожность, отец Сайлас, — мягко продолжил Теон. — Торус Мэйв не тот человек, знакомство, с которым стоит афишировать. Тем более, как я понимаю, он еще и ваш брат.

Конечно! Сет-Дару захотелось хлопнуть себя по лбу. В лице Сайласа угадывалось определенное сходство с Торусом. Теон тоже заметил и выдвинул догадку, которая, как это часто бывало, попала в точку.

Священник по-прежнему напряженно смотрел на них. Он не отпирался, но и ничего не подтверждал.

— Догадываюсь, вы ждете записки от брата, он отправлял такие со своими курьерами, — продолжил Теон. — К сожалению, в этот раз у него не было возможности черкнуть пару строк. Его ранили в стычке с контрабандистами, требовалось срочно покинуть Ка-Диф, пока стража не нагрянула.

— Он серьезно ранен? — с беспокойством выпалил Сайлас.

— Рана не угрожает жизни, говорю вам как врач. Однако скрываться в городе было опасно: ваш брат по приезду успел поцапаться с местными головорезами.

— Он должен был первым делом навестить меня, — все еще с сомнением в голосе заметил священник.

— Да, он провел в Ка-Дифе достаточно времени, но к вам так и не заглянул, — кивнул Теон. — Подозреваю, он не хотел приходить к вам с пустыми руками. Все это время он искал для вас одну ценную вещь … — Теон сделал выразительную паузу. — В итоге он ее нашел и попросил нас передать.

Врач полез в карман, но священник внезапно схватил его за руку.

— Нет. Не здесь. Если это то, о чем я думаю… — его голос дрогнул.

— Именно то, — подтвердил Теон.

Сайлас оглянулся. Рядом никого не было, но он явно осторожничал.

— Идите за мной. На острове есть только одно место, где можно спокойно поговорить.

Вслед за Сайласом они пошли обратно к храму. Перед главными воротами священник повернул направо. По узкой каменной лестнице они спустились вниз, вдоль скалы, на которой высился храм, почти к самому берегу озера. Под скалой обнаружилась небольшая площадка, на которой едва поместилась одноэтажная постройка, выкрашенная в темно-красный цвет. Сайлас отворил дверь. Это было что-то вроде привратницкой: стойка, пару стульев, шкаф, забитый свитками и книгами, дальняя стена задрапирована тяжелым занавесом с вышитыми золотыми нитками изображением Огненного Умы. За стойкой в такой же, как и у Сайласа, рясе сидел человек. При виде гостей он поднялся.

— Да прибудет с тобой Ума, отец Шан, — приветствовал его Сайлас. — Я хочу провести моих гостей вниз.

Отец Шан, еще довольно молодой, до синевы выбритый толстяк, вытаращил глаза. Похоже, намерение Сайласа его удивило.

— Эти господа из Королевского исторического общества, — пояснил Сайлас. — Настоятель в отъезде и я взял на себя смелость помочь им осмотреть нашу святыню.

Лицо отца Шана приобрело осмысленное выражение. Он с почтением кивнул Сет-Дару и Теону:

— Да прибудет Ума с нашим великим королем. Прошу, господа, проходите.

Шан извлек из-под стойки большой железный ключ и передал Сайласу. Затем подошел к занавесу и откинул его. За тканью в скале оказалась небольшая железная дверь. Сайлас отворил ее и взял со стойки масляный фонарь.

За дверью каменная лестница вела вниз. Сет-Дер сделал несколько шагов и невольно поежился. Стены смыкались над головой, создалось ощущение, что он снова вернулся в пещеры Кровавой долины. Лестница забирала вправо. Сайлас шел первым, освещая путь, Теон за ним, Сет-Дар замыкал шествие.