Я резко обернулась, чувствуя, как от страха холодеют ладони. Поначалу ничего, кроме густой темноты, оставшуюся царить в неосвещенной части комнаты, глаза не приметили, но стоило им немного привыкнуть к полумраку, я сумела разглядеть неподвижную тень, затаившуюся в углу комнаты.

— Только не кричи, морская принцесса. Ты же не хочешь, чтобы весь дом стоял на ушах? Знала бы ты, скольких трудов мне стоило проникнуть сюда.

В темноте блеснули желтые глаза, а знакомый насмешливый голос с наигранными нотками сразу же дорисовал образ темному силуэту.

— Хеби… — чуть вздохнула я, удивленная своей же догадке.

Тень двинулась, и словно бы выплывая из темной мутной воды, черты его лица контурами вырисовывались все четче и четче с каждым шагом. Блеснуло золото серьги. Арраканская накидка, в которой я видела его в последний раз, сменилась плотным кожаным плащом.

— Рад снова встретиться с вами, госпожа, — непринужденно усмехнулся Марк, словно бы для него находиться в городе, где за него назначена солидная награда, было сущим пустяком. И все же, как бы не казалось внешне, пристальный взгляд его хищных глаз выдавал его напраженность.

Я сдержанно кивнула в знак приветствия, и покосилась на дверь. Услышат ли посторонний голос служанки, София или Максимилиан?

— Не беспокойся. Твоя наставница внизу, служанки уже давно спят, а телохранитель принимает свою вечернюю порцию «лекарства», — уверенно заявил Хеби, догадавшись о моих подозрениях.

— Как вы…

— Если я скажу, что сам ветер нашептал мне — поверишь? — он игриво подмигнул.

Я промолчала, поджав губы. Все эти его загадки были очень не к месту. Марк склонил голову и задумчиво протянул:

— А вот где дитя удачи, мне не ведомо. Впрочем, за нее тебе не стоит переживать — пока она под очами богини, ей ничего не угрожает…

— Может, ближе к делу? — хмуро сказала я, понизив голос еще ниже на всякий случай. Сейчас я меньше всего хотела выслушивать все эти загадочные религиозные бредни.

Хеби, в своей обычной театральной манере, расстроенно вздохнул.

— Ах, ваша прямолинейность разбивает мое сердце, морская принцесса. Но будь по-вашему. Слово заказчика для меня — закон.

— Заказчика?..

— Вы вызвали меня, и я явился, — Марк довольно заулыбался. — Не думал, что мои услуги потребуются вам столь скоро.

Брови сами собой изогнулись в удивлении. Я уже и думать забыла об этом глупом медальоне. Тем более, я и не надеялась, что это взаправду сработает. Теперь меня терзало любопытство, каким же образом у меня это вышло? Может, монета была из маналитического материала, наподобие шепчущего опала?.. Столько вопросов, и совсем не было времени, чтобы их задать.

Я вздохнула, собираясь с мыслями.

— Нам нужен лазуритовый хрусталь. Желательно очищенный.

А теперь брови поползли вверх у Хеби.

— Обычно я не задаю лишних вопросов личного характера, ибо считаю себя профессионалом. Каждый клиент сам вправе распоряжаться тем, что ему по карману, однако в этот раз я нарушу свои правила… Позвольте узнать, госпожа, зачем она вам?

— Я… Мы с друзьями хотим проверить один ритуал из древней книжки.

Хеби прищурился. Воцарилось долгое молчание, пока он обдумывал мои слова. Я не собиралась вдаваться подробности, о чем идет речь, но это и не требовалось, судя по всему.

— Вы, надеюсь, понимаете, что собираетесь сделать?

— Да, — твердо ответила я.

Он неопределенно хмыкнул и почесал острый гладковыбритый подбородок, продолжая обдумывать ответ.

— Чистейший лазуритовый хрусталь — большая редкость.

— Цена не имеет значения…

— Тут дело не в цене, — оборвал он. — Вы же знаете, что добыча и продажа лазуритового хрусталя строго регулируется Империей?

Я помотала головой.

— Почему?

— Вы же осведомлены о его свойствах. Сложите два и два, и получите ответ.

Кажется, недавно я уже слышала что-то подобное. Почему у меня было чувство, что для всех все очевидно, одна только я ничего не понимаю.

— Ну, думаю, с их помощью находят залежи магических руд и находят древние опасные артефакты… — неуверенно начала я, на ходу вспоминая лекции и рассказы Ари.

— В принципе, пока этого достаточно для общего понимания. То, что вам нужно, не найти у обычных торговцев или в тайниках богатеев. Я не стану добывать нечто настолько охраняемое ценой собственной жизни. Ни за какие деньги.