– Как видите, вампирская община и я лично заинтересованы в быстрейшем разрешении проблемы, – хмыкнул мужчина, отметив мой пристальный взгляд в сторону документов.

– Это все документы для нас?

Честно говоря… стопка оказалась большевата. Неужели столько вампиров успели попортить нервы эльфийкам? Ну… или наоборот – стоит признать, что мои сородичи обладают тем еще характером.

– Да, – подтвердил мои опасения Цезарио.

– Так много? – с безнадегой уточнила я.

– Простите, но эльфийские девушки весьма красивы, а мой род падок на прекрасное, – заметил вампир, окидывая меня внимательным взглядом. – И в то же время светлые леди обладают… сложным характером, что не всегда искупается красивой внешностью.

Я помрачнела. То есть вампиры в принципе падки на эльфиек и это не выделяет нашего маньяка из общей толпы. Минус зацепка.

– Кроме того, я постарался собрать как можно больше информации на каждого. Так что дел не так много, как вам могло показаться, – попытался немного меня успокоить вампир.

– Благодарю вас за помощь, – немного удивленно отозвалась я, принимая у него бумаги.

– К каждому личному делу приложен портрет и по возможности имя и адрес той девушки, с которой произошел конфликт.

Я чуть ли не в шок впала. Насколько продуманным оказался кровосос! Я ожидала, что они списком имен с трудом поделятся, а тут столь подробная информация. Едва удержалась, чтобы не уточнить, нет ли там еще и зубной карты каждого.

– Спасибо, это и правда очень поможет следствию, – кивнула я.

– На это я и рассчитывал, – и в этот момент он даже не показался мне мерзким вампиром, каким я раньше его считала. – Надеюсь, вам удастся как можно скорее изловить этого монстра. Такие уроды позорят наше общество. И я все еще помню ваше обещание дать мне возможность доказать, что не все из нас так плохи, – мягко улыбнулся Цезарио.

Ну ничего себе ушлый вампир! И когда это я успела ему что-то наобещать. По-хорошему стоило сразу развеять любые его мечты – каким бы вежливым, милым и помогающим он ни был, едва ли я когда-то соглашусь на приватный ужин с кровососом. Но… портить отношения с единственным лояльным к нам Старшим сейчас будет не слишком умно.

– Сделаем все, что в наших силах, – заверила я вампира, прежде чем сбежать.

– Я и не сомневаюсь, – донеслось мне в след.

Увы, вампирские вера и помощь ничего нам не дали. Пригодились лишь портреты вампиров – их Конор показал владельцам ресторанов, где видели погибшую служанку. Но ее сопровождающего среди них не нашли. Упомянутые в делах эльфийки были живы и здоровы, так же как и весь их ближайший круг. С убитыми знакомы не были. Да и личности вампиров ничего не дали – ну попробуй отследи передвижение кровососов в огромном городе. Близкие погибших их тоже не признали, на этом и все.

Правда, трое вампиров все же привлекли мое внимание. Варне, Карл и Гелис. Интуиция подсказывала мне, что они ни при чем. Никто из опрошенных их не узнал. Но все же… разум не позволял полностью отбросить эту возможность. Факт обиды на эльфийку очевиден, произошло это как раз около года назад, но кроме того… У Гелиса имелся восстановленный клык. Я даже уточнила у магистра Праса, могла ли странность прикуса маньяка быть связана с тем, что клык ему не родной. Он подтвердил такую возможность, хотя не исключил и врожденного дефекта. Слишком много сходилось на моем старом враге. Если бы не его печальное финансовое состояние, он мог бы стать главным подозреваемым. А так… маньяк в борделе оставлял чуть ли не состояние. Вампир в опале не мог позволить себе таких трат.

Пожалуй, проблема безопасности сестры в итоге оказалось единственной, которую мне удалось решить за эту неделю. А само дело продолжало разрастаться, при этом не давая нам ни одной подсказки о личности убийцы. Удалось подтвердить еще семь жертв из тех дел, что нашлись в архивах. В итоге – целых двенадцать девушек, точно ставших жертвами маньяка. И еще с десяток под вопросом. Но сколько мы ни бились, найти между ними еще какую-то связь не удавалось.

Разные части города почти всегда – лишь те трое, что стали жертвами борделя, да посольская служанка погибли в одном районе. Но девушки из борделя пропали из разных мест, да и их кражей занимался не сам вампир. Это портило картину – такая внезапная смена образа действия преступника сбивала с толку. Как и возвращение к предыдущему способу поиска жертв. И если бы не этот бордель, то можно было бы попытаться исключить те районы, в которых наш вампир уже побывал, ведь он предпочитал не повторяться.

С личностями погибших тоже не складывалось. Объединяло их немногое: внешность, простое происхождение и… свободолюбивый характер. Девушки не были домашними скромницами, и потому их пропажа не сразу вызывала настороженность у родных. Кроме того, они явно не спешили делиться подробностями личной жизни с родственниками, а потому никто не мог точно сказать, не объявлялся ли богатый поклонник незадолго до пропажи. Жертвы не имели общих знакомых, ходили в разные места. Такое чувство, что наш вампир просто бессистемно катается по городу, высматривая на улицах хорошенькую эльфийку, подходящую под его вкус. Возможно, так оно и было. И тогда дело наше становится практически безнадежным.

Наши успехи, а точнее, их отсутствие не особо радовали начальство. Ежедневно Даркан ходил докладывать по делу Генералу и получал от него выговоры. По крайней мере по слухам, долетавшим через его секретаря (спасибо животному очарованию Конора). До нас эти претензии Даркан не доносил. Он-то понимал, что мы не халтурим, а делаем все возможное.

За неделю мы подняли и перебрали материалы свыше десятка дел, заново опросили родных, осмотрели трупы. Но начальство, как известно, интересует результат, желательно положительный, а не то, как много мы сделали для его получения. Я могла понять Генерала и его неожиданный психоз. Не по своей воле он выносил мозги дроу. Просто его в свою очередь дергали эльфийские представители, да и наши политики не отставали. Хорошо хоть пока сам император на ковер вызывать не спешил – все же убийство эльфийской служанки не то дело, в которое стал бы вникать правитель.