— Может, ты скажешь Ноксу, и он тоже придет?

Вот оно. Они милы со мной не потому, что хотят загладить свою вину. Они милы, потому что надеются, что это сблизит их с Ноксом.

Что странно, ведь все в Блэк-Маунтин его боятся.

Хотя я не раз заставала Трейси и Стейси за разговорами о том, какой он сексуальный, когда они прихорашивались в туалете. Мерзость.

Нокс скорее проглотит гвозди, чем пойдет на эту вечеринку. Может, он мудак и убийца, но я уважаю его презрение к здешней дерьмовой социальной иерархии.

Качаю головой: — Извините…

— Там будет Кен Ракман, — щебечет Стейси.

Трейси ухмыляется: — Говорят, он очень хочет, чтобы ты пришла.

Если бы это было так, он бы сам меня пригласил.

Не то чтобы это имело значение, потому что моя влюбленность в Кена — древняя история, и у меня есть парень.

Ну, не парень, потому что он определенно не мальчик.

Не говоря уже о том, что он… женат.

Может, поэтому я и соглашаюсь.

Не из-за Кена…

А потому, что было бы здорово хоть раз вписаться в коллектив, вести себя как восемнадцатилетняя девушка и хоть на одну ночь ощутить нормальность жизни.

— Джинджер, ты нужна мне на сцене через пять минут, — говорит Фредди с порога.

Серьезно? Я ушла оттуда двадцать минут назад.

Уперев руку в бедро, поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него: — Опять?

Как бы я ни ненавидела выступать на сцене, сегодня мне нужно заработать немного денег. И единственный способ сделать это — получить заказы на приватные танцы.

Фредди вздыхает: — Вайолет взяла выходной, а Кэнди так и не вышла на смену, так что у нас не хватает денег.

Странно.

Я смотрю на Хизер, или лучше сказать, Бэмби: — Не могу поверить, что Кэнди не пришла.

Видит Бог, я терпеть ее не могу, но прогулы не в ее стиле. Черт, уверена, что она проводит здесь больше времени, чем дома.

Бэмби пренебрежительно машет рукой: — Наверное, она проспала, — взяв тюбик туши для ресниц, она закатывает глаза, — или слишком занята, трахаясь с очередным парнем, и потеряла счет времени.

Это определенно похоже на нее.

Повторно нанеся блеск на губы, надеваю черно-зеленую маскарадную маску.

— Да, наверное, ты права.

Однако, выходя из гримерки, не могу избавиться от странного чувства, пробирающегося по спине.

А что, если это не так?

Нанеся подводку, делаю шаг назад и рассматриваю себя в зеркале.

Я никогда не наношу столько макияжа — разве что на работу. Провожу рукой по обтягивающему черному корсету, который надела в паре с еще более узкими джинсами. Определенно никогда так не одеваюсь.

Именно поэтому выбрала подобный наряд.

Сегодня вечером я собираюсь повеселиться.

Долго изучаю себя, прежде чем решаю, что моим волосам не помешают кудри и немного объема.

Жаль, что я оставила свои щипцы для завивки на работе.

К счастью, у мамы есть почти все косметические средства и приборы, известные человечеству.

— Мам, — зову, выходя из спальни. — Можно мне одолжить плойку?

Нет ответа.

Топаю вниз по лестнице, ища ее, и пытаюсь сдержать раздражение, Трейси и Стейси приедут за мной через полчаса.

— Мама.

Сверчки стрекочут, когда я останавливаюсь у большого окна в гостиной, выходящего на подъездную дорожку. Ее машина припаркована, очевидно, она дома.

Поднимаюсь обратно в свою комнату и, проходя мимо ванной, слышу шум воды в душе. Поскольку спешу, быстро стучу, прежде чем войти внутрь.

— Извини за беспокойство, я просто…

Фраза застревает в горле, когда понимаю, что не мама стоит в клубах пара. Это Нокс.

Собираюсь выйти, но слишком поздно. Он уже обматывает полотенце вокруг талии и направляется ко мне как зверь, настигающий добычу.

Быстро отступаю и разворачиваюсь: — В чем, черт возьми, твоя проблема?

Хватаюсь за дверную ручку, когда Нокс протягивает руку мимо моей головы и захлопывает ее, загоняя меня в ловушку.

Теплое дыхание щекочет мне шею, когда он говорит: — Выглядишь как шлюха.

К черту его.

Знаю, что он говорит это только для того, чтобы задеть меня за живое и заставить чувствовать себя дерьмом.

Потому что именно так поступают агрессоры.

Поворачиваюсь к нему лицом: — Нет, это не так.