Даже одного взгляда хватит, чтобы определить — этому противостоянию нет конца! Цуймингуй лишь подливал масло в огонь, не думая о последствиях.

Через время в зал ввели связанного небесной верёвкой асура из Пустынного края. Сяо Фу… Это он свидетельствовал против Ин Сянхуа, обвиняя управляющую дворца Дафэн в сговоре с демонами.

Знал ли об этом Цуймингуй? Окинув Сяо Фу равнодушным взглядом, он послал в его сторону клинок. Холодно блеснув в свете духовных светильников, Дьявольский меч прошил грудь асура насквозь и вылетел между его лопаток.

— Такова судьба любого предателя, — Цуймингуй призвал духовное оружие обратно — меч исчез в его раскрытой ладони.

На глазах всех тело Сяо Фу пошло рябью, а затем распалось на тысячи лиловых искорок, что быстро гасли под возмущённый гомон небожителей.

— Демон! — не побоялся выкрикнуть Бог плодородия, грозя Тёмному владыке посохом.

— Я ведь и за оскорбление могу воздать, — заметил с улыбкой Цуймингуй, зачем-то разглядывая собственную ладонь на свет.

Поправив массивный перстень на указательном пальце правой руки, он поманил Люй Инчжэнь к себе.

— Оставь Владыку-стража в покое, — донёсся бодрый голос.

Опять не удержался Бог плодородия! Зачем он призывает беду на собственную голову?

— Не беспокойся обо мне, уважаемый Бог плодородия, — поспешно отозвалась она.

— К чему беспокоиться? — произнёс ещё кто-то. — Уважаемый Бог войны всегда говорил — дворец Дафэн сговорился с кланом Асюло!

Люй Инчжэнь не узнала говорившего, но горячая волна прилила к её щекам — вся кровь бросилась в голову. В ушах неприятно зашумело. Чужие слова пробуждали одновременно и гнев, и стыд, заставляющий опустить голову под пристальным взором Цуймингуя.

— Это ради них ты просила меня остановиться… Владыка-страж? Стоило ли оно того?

Люй Инчжэнь не смела поднять глаз. Оказавшись перед императорским троном, она упрямо рассматривала край тёмно-синей мантии с изящными завитками вышивки, стекающий мягкими складками на безупречно-белый мрамор пола.

Сидящий здесь не хотел слышать ни оправданий, ни голоса разума! Он называл её Владыкой-стражем в насмешку. Если она хозяйка дворца Дафэн, как можно было солгать от имени Небесного государя? А дочери генерала Ань и вовсе не пристало носить титул главного хранителя Великого барьера.

Не дождавшись ответа, Цуймингуй возвысил голос, обращаясь ко всем присутствующим, но больше речь его предназначалась воинам Асюло, жаждущим вкусить сладкие плоды победы.

— Поскольку место это выше остальных на Девяти Сферах и сидеть здесь удобно, не стану тратить время впустую. Се Цзынин!

— Да, владыка.

Люй Инчжэнь поморщилась. Откуда в голосе управляющего дворца Шантянь столько подобострастия? Она видела его на Кушань и была готова тогда плюнуть в лицо. Разве его величество когда-либо оскорблял этого младшего небожителя? Так почему тот решился служить клану Асюло по собственной воле?

Закон кармы неприложен. Предавший единожды, предаст и во второй раз.

— Поскольку не вижу здесь Бога судьбы, займёшь место хозяина дворца Юньци.

— Я… повинуюсь приказу, владыка!

— Сюэ Моцзян, а ты станешь новым Богом войны. Тело Юй Цзымина уже остыло на площади. Пойди и отпусти его дух с миром.

— Да, Тёмный владыка!

Друг её беззаботного детства тоже не осмелился возразить.

Люй Инчжэнь посмотрела в невозмутимое лицо Цуймингуя. Тот перехватил её взгляд — уже знакомая высокомерная ухмылка скривила чувственные губы главы клана Асюло, превращая красивое лицо в уродливую маску уличного актёра.

К чему такая демонстрация силы? Не преднамеренная ли это насмешка над небесными правилами, сама по себе взывающая к отмщению?

— Владыке-стражу есть, что сказать? — спросил он.

Люй Инчжэнь покачала головой.

— Тогда возвращайся во дворец Дафэн и хорошо отдохни. Сопроводите Владыку-стража к себе!

— Не нужно. Я помню дорогу.

Во взгляде Цуймингуя промелькнула трудно читаемая эмоция, которую он быстро скрыл за ширмой длинных ресниц.

— Как пожелаешь.

Ученики дворца Дафэн окружили Люй Инчжэнь, как не оперившиеся птенцы прилетевшую в гнездо орлицу. И она в который раз за сегодня почувствовала стыд. Прожигающий насквозь, несмываемый с души стыд.

— Шицзунь Люй, — дева Юнь ухватилась за рукав её мантии, действительно, напоминая ребёнка, — прислужники сказали: демоны повсюду!

— Почему армия Небесного города до сих пор не уничтожила их?

Почему? Люй Инчжэнь на мгновение прикрыла глаза, беря себя в руки.

Наверное, потому, что невозможно чашей воды залить пылающий дом. Небожители всегда надеялись больше на силу защитных барьеров, чем на воинское искусство. Никто до клана Асюло не смел открыто выступать против Девяти Сфер, попирая законы вселенной. А мелким демонам этот золотой орех был не по зубам.