Он встал и резко выставил пистолет с глушителем прямо в сторону лгуна. Тот выкрикнул что-то нечленораздельное и заметался.

– Значит, ты для меня бесполезен, – Дамиан двинулся на мужчину.

Он ничего не говорил, дергано выискивая хоть что-то, чем можно было обороняться или где можно укрыться, что со стороны выглядело достаточно комично.

– Катись ты к черту, ублюдок! – в агонии выплюнул толстосум, пока не уперся спиной в стену.

В его руке оказался упавший со стола нож, и мужчина сделал выпад вперед, прямо на наемника, но реакция была незамедлительной – пуля просвистела всего в паре сантиметров от головы глупца, и мужчина вновь оказался у стены.

Металлический предмет с лязгом отскочил в сторону.

– Я любезно оставил в живых всех твоих друзей и даже телохранителей, – процедил Бланко, не сводя прицела с живой мишени. – Не заставляй меня передумать.

– Я не знаю, кто она! – сотрясся в рыданиях мужчина. – Мы... Мы никогда не встречались, только разговаривали по телефону!

Дамиан сразу понял, о ком шла речь. Он дернул рукой, намекая на то, что слушает дальше, а когда продолжения не последовало – прижал дуло пистолета ко лбу трясущегося от страха богача.

– Мои люди просто должны были подкинуть этому дураку чемодан. Сделка была лишь подставой! И все, я ничего больше не знаю, честно! Отпусти меня, молю!

На части, когда начинали звучать просьбы о помиловании, а в глазах совсем не несчастных людей застывал беспросветный ужас, казалось, можно было уже и останавливаться, но наемник никогда не действовал просто, никогда не был тем, кто испытывал малейшую толику жалости к такому людскому подобию.

Просто не хотел. Даже если и мог бы.

– Наводку в полицию тоже ты закинул? И адвокат – ваш человек? – спросил Бланко, однако, уже знал ответ.

Мужчина нервно, хоть и не сразу активно закивал, а когда Дамиан неожиданно опустил пистолет – упал на колени, начав засорять воздух фальшивыми словами благодарности.

Наемник усмехнулся.

– Бери, – лениво бросил он, отшвыривая носком лакированной туфли маленький пакетик с содержимым белоснежного цвета.

Глаза мужчины в непонимании, затем и в страхе округлились.

– Ч-что?

– Все ведь ради этого. И из-за этого. Так что наслаждайся.

Богач без колебаний схватил кусок целлофана, удерживающий самое настоящее человеческое безумие. Бланко молча наблюдал, но желваки, время от времени показывающиеся на его скулах, выдавали напряжение.

Презрение.

– Пока ты занят столь важным делом... – начал говорить Дамиан, пряча пистолет. – Послушай, что с тобой будет, если ты не забудешь меня и попытаешься заявить.

Мужчина превратился в живой камень.

– Я устрою на твоих глазах кровавую бойню всего твоего близкого окружения, а в самом конце займусь и тобой. Надеюсь, ты меня понял.

???????????????

Всегда был тот, кто оказывался выше. Кто стоял на вершине пищевой цепочки в наркоторговле. Если появлялся кто-то, кто возжелал войти в бизнес с целью получить большие деньги и власть, но не прихватил с собой маниакальную любовь к грубой силе, хорошие связи и стартовый капитал с неизвестным количеством нулей на счете – то было лишь делом времени.

Эти люди часто пользовались услугами таких же наемных убийц, как и Бланко, но не все из них хорошо выполняли свою работу, потому сотрудничали лишь с единицами.

В этот бизнес нельзя было легко войти, еще тяжелее – выйти. Живым.

Дамиан неспешным шагом продвигался между рядов металлических корабельных контейнеров. Богу не было известно, что и в каком количестве в них хранилось, а вот подсобным рабочим с завязанными от страха лишиться своей семьи и заработка языками – прекрасно.

Шныряющие с картонными коробками в руках люди опасливо поглядывали на наемника. Его появление здесь – моветон. И запуск крупной мясорубки.

– А я все думала, когда же ты соскучишься по мне и порадуешь своим визитом, Дамиан!

До тошнотворной приторности мелодичный женский голос резанул слух. Парень поморщился, не скрыв неприязни, на что в ответ получил смешок.

Карла Марино – одна из представителей той самой верхушки запрещенного бизнеса. Ее возраст близился к сорока, но она никогда не употребляла то, что продавала, а потому прекрасно сохраняла подтянутость кожи и свежий внешний вид, который был на втором месте в списке обязательных желаний. На первом месте – жажда денег и власти.